— Андрей Иванович Никитин. Помещик из Новореченского. А это граф Бекмешев.

Граф пожал мне руку:

— Владислав Сергеевич Бекмешев. Постойте… вы тот самый Никитин, который недавно открыл кирпичный завод?

— Так и есть.

— Видно само провидение свело нас сегодня вместе…– улыбнулся граф.

Я заметил, Аксаков слегка брезгливо посматривает на Бекмешева.

— Господин Никитин, продолжил граф.– Дело в следующем. Затеял большое строительство в усадьбе. Уже договорился с рабочими, а кирпичный завод в Царицыне закрылся на реконструкцию, на целых две недели… Теперь на вас только одна надежда…

— И много вам нужно кирпича?

— Для начала тридцать тысяч.

— Хорошо. Приезжайте дней через пять, посмотрите. Если качество устроит — оформим сделку.

— А вы когда назад, в Новореченское?

— Завтра утром собираюсь.

— Тогда прошу, заезжайте в мое поместье, в Орешкино. Это почти по пути. Весьма буду признателен.

— Хорошо, обязательно заеду…

Когда мы с Аксаковым ехали на горчичный завод, я все же спросил:

— Мне показалось, вы слегка не ладите с графом Бекмешевым…

— Вам правильно показалось. Граф мне действительно неприятен, как человек несколько аморального образа жизни. Он скупает по губернии юных девушек, девочек, устроил в усадьбе настоящий гарем. Говорят, у графа почти двадцать наложниц моложе пятнадцати…

— Разве закон позволяет сожительствовать с малолетними?

Аксаков тяжело вздохнул:

— Андрей Иванович, в смутное время живем… бывает такое, крепостные сами дочерей к Бекмешеву приводят, а он еще и отбор устраивает… Не советую вести с графом дружбу… мутный и подозрительный тип… В его усадьбе крутятся странные личности, связанные с преступным миром…

— Я и не собирался с ним дружить. Только сугубо деловые отношения….

По дороге мы проезжали судоверфь. Я попросил Кирилла Андреевича остановиться и немного подождать.

Рабочие у пристани притягивали тросами буксир. Я спросил как найти начальника судоверфи Балицкого и мне показали тучного человека в черном кителе и картузе. Он стоял на причале и наблюдал.

Я быстро поднялся по ступенькам:

— Господин Балицкий?

— Да… с кем имею честь?

У начальника судоверфи белесые глаза на выкате и сизый нос с прожилками, как у алкоголика со стажем.

— Помещик Никитин. Мой крепостной погиб на вашей судоверфи около месяца назад.

— Да-да, что-то припоминаю… парень сорвался с буксира и его придавило бревнами…

— Почему вовремя не оказали медицинскую помощь? Доктор приехал только через два дня…

— Такое частенько бывает, господин Никитин… У бурлаков и такелажников на судоверфи это вообще частое явление. Ушиб или растяжение, иногда животом маются. День-два отлежались и снова на работу. Бесплатно у нас пока никого не кормят…