* * *

Небо было ослепительно голубым, швейцарские флажки лениво колыхались над фасадами, но в ухе снова щёлкнуло — это опять включился «Друг». Голос был предельно чётким, с лёгкой металлической отрешённостью:

«Обновлённый анализ транзакционного профиля покупателя: установлена связь с банком, зарегистрированным в Люксембурге. Один из клиентов — офшорная структура с закрытым уставом, предположительно связана с серой логистикой в Западной Африке. Вероятность связи с теневым оборотом драгметаллов — 83,2%.»

Генерал медленно положил чашку на блюдце и прикрыл глаза. Веки чуть подрагивали — он переваривал только что полученную информацию.

«Прямое финансирование?» — уточнил я.

«Пока не установлено. Вполне возможна многоступенчатая транзакция. Требуется углублённый анализ.»

«Может быть у этого оффшора ливийское происхождение?» — вмешался генерал.

«Вполне. Но однозначно сейчас это утверждать невозможно — мало данных для анализа.»

В это время я заметил, как в интерфейсе мелькнула прямая трансляция: в зале аукциона Вальтер принимал поздравления и одновременно показывал документ — сертификат подлинности партии крюгерандов.

Тем временем «Друг» продолжал свой доклад:

«Вальтер передал заранее подготовленные сертификаты. Документы заверены через независимого юриста из Шаффхаузена. Риски минимальны. Однако…»

«Что?» — Я нервно задал встречный вопрос.

На экране всплыл стоп-кадр. Мужчина в очках, сидящий двумя рядами правее победителя, поднимал камеру. Крупный план: он сделал попытку сфотографировать не монеты, а их упаковку. Зачем он это делает во время сессии аукциона, ведь можно этой сделать официально, когда всем участникам торгов дают возможность ознакомиться с лотами. Да и практически все участники не имеют желания попасть в кадр, для них инкогнито не пустой звук.

«Цель съёмки — фиксировать маркировку. Предположительно, для распознавания типографии, структуры пластика, для дальнейшей идентификации источника происхождения. Вероятность промышленного шпионажа — 71%.»

Я напрягся.

«Определён?»

«Пока нет. Уйдёт через 43 секунды. Следует ли задействовать „Муху“?»

Генерал подумал и ответил мысленно за меня:

«Только визуальный захват. Без слежки. Мы не в зоне активных действий. Пока.»

«И ещё по поводу нашего покупателя… — „Друг“ запнулся на микросекунду, что бывало редко. — Зафиксированы внешние признаки заболевания: нестабильность терморегуляции, изменение походки, незаметное при первом наблюдении дрожание правой кисти, замаскированное жестикуляцией.»

«Диагноз?»

«С высокой вероятностью — гипопаратиреоз. Нарушение обмена кальция. Сейчас эту паталогию не всегда диагностируют точно. Может ошибочно приниматься за стресс, анемию или начальные формы диабета. Требует корректировки диеты, инъекций витамина D и регулярного контроля. В запущенной форме — судороги, когнитивные сбои, кардиориски. В начальной — обратимо.»