— Меня сильно беспокоит то, как близко ты принимаешь к сердцу лозунги этой «Солидарности».
— Что ты имеешь в виду?
— Знаешь поговорку: «Вор громче всех кричит: — Держи вора!»
— А это тут каким боком?
— Прощу тебя любимая, не делай сейчас никаких выводов на счет этого профсоюза.
Больше мы на эту тему не говорили.
— Какие еще есть планы?
— Зайти к кузену моей мамы.
— Это тот, чей адрес она дала еще в Минске?
— Да.
— Тогда надо купить что-то к столу…
— Ага… Пироженки или тортик…
— А что после кузена?
— Если получится, заскочить в Варшавский университет.
— Прямо так — на экскурсию?
— Увидеть, как живут те, кто будет твоими одногруппниками. Это важно.
Мы допили кофе и пошли дальше.
Ещё один поворот, и мы оказались у Костёла Святого Креста (Kościół Świętego Krzyża), где на колонне у входа бронзовыми буквами было выбито: «Tu spoczywa serce Fryderyka Chopina» — Здесь покоится сердце Шопена.
Инна остановилась.
— Это ведь не просто фраза. Это про каждого поляка. И не только.
Свернули на Мёдова, купили два стаканчика гржанца — горячего вина с пряностями, налитого в картонные стаканчики. Присели на скамейку. Рядом подростки бросали снежки в пластиковую бутылку.
Ветеран в плаще, прикрыв значок с орлом, продавал маленькие значки Пилсудского и портреты Папы Иоанна Павла II.
— Удивительная страна. Тут свобода дышит в трещинах асфальта, — произнесла Инна мне на ухо, глядя на балкон с флагом «Solidarność».
— Инна я тебя недавно просил… — Затем улыбнулся и шепнул:
— Смотри только не влюбись в Варшаву сильнее, чем в меня.
Поднявшись по скользким ступенькам обратно на Замковую площадь, договорились: обедать пойдут в «Pod Blachą», маленький ресторанчик с отличной кухней.
Глава 12
После ресторана «Pod Blachą», где подали шикарный журек в хлебной миске, который согрел изнутри, а ароматный бигос с квашеной капустой, копченостями и черносливом окончательно убедил нас в том, что польская кухня заслуживает отдельного восхищения, и дальнейшего очень тщательного изучения.
Над крышами домов висело серое небо, в воздухе повис влажный морозец с ароматом каменного угля, которым топили половину польской столицы.
На витрине, в небольшой кондитерской «Blikle» на улице Крулевской, наш взгляд упал на аккуратно выставленные торты.
Один из них, мы и приобрели. Это был знаменитый варшавский торт «Вздох Варшавы» — с маковым бисквитом, ореховым кремом и слоем шоколадной глазури, с надписью «W-Z» — фирменный варшавский, тот самый, о котором так тепло рассказывала Инна, вспоминая своё детство.
Торт положили в нарядную картонную коробку с серебристым шнурком.