— Это он… Наш поляк, который торгует мясом… Его везут…
Я положил свою ладонь на её руку.
— Не вздумай вмешиваться. Это серьёзно. Это не витрина, это спецоперация. Мы под колпаком не меньше их.
Инна резко повернулась. В глазах нешуточный протест:
— А если бы это был кто-то, кого ты знал лично? Например дядя?
— Тогда бы всё было ещё хуже, — тихо сказал я. — Подумай о себе. Подумай обо мне. Мы не просто пара, так что сейчас — молчи. Прошу тебя…
Она молчала, но внутри всё кипело. Этот эпизод стал первой трещиной. Не между ними, а между иллюзией мира и тем, что было на самом деле. А в это время «Друг» продолжал фиксировать лица, номера машин и радиопереговоры ZOMO. Всё, что могло пригодиться потом…
Глава 14
Проснулся от запаха кофе и звона ложечки о стенку кружки. Сквозь окно пробивался блеклый свет январского утра, будто кто-то по небу размазывал белую пастель, не торопясь. Повернул голову — Инна стояла у плиты в моем халате, босиком, с прикушенной губой, и медленно помешивала яичницу. В её движениях было что-то новое: лёгкость, точность, уверенность. Почти скользила, а не шагала. Ловко крутанула сковородку на запястье, как бариста — молочник с пенкой.
— Что, командир, проснулся? — бросила через плечо, с довольной улыбкой. — А я уже успела и душ принять, и маме позвонить, и два раза на одной ноге постоять с закрытыми глазами. Не поверишь, не качает!
— Ну, конечно, не качает, — пробормотал, садясь на край кровати. — Это потому, что ты теперь полутораногая ниндзя.
— Ты что-то ночью подмешал? — спросила она, очень расчетливо наклоняясь наклоняясь грудью к столук столу, пытаясь этим древним приемом застать меня врасплох и цинично выведать всю правду. — Говорю серьёзно. Координация, как у кошки. Даже кофе налила левой рукой, не расплескав. А ведь всегда проливала не по детски.
Но я спокойно отвел взгляд, и поэтому застать меня в уязвимой позиции у нее не получилось. Но это не значит, что она отказалась от своих намерений…
Поднялся, подхватил её за талию — и тут же получил локтем в живот. Ловко. Быстро. Без злобы, но с такой точностью, что аж вдохнул через зубы.
— Значит так ты меня на самом деле любишь?
— Опа, извини! — всплеснула руками. — Рефлекс. Но согласись — чётко, да?
— Да. Теперь к тебе надо подходить с табличкой «Я мирный!»
— И «пушистый»!
Сели завтракать. Стол — простой, по-полевому: яичница с колбасой, чёрный хлеб, два малосольных огурца, сыр в тоненьких пластинках, из которых Инна зачем-то делала домики. Кофе в гранёных стаканах.
— Так, проверим план, — сказала она, откинув волосы. — Через час заезжаем к Янушу иХелене, забираем лыжи, санки и Юзефа, потом едем на базу. По пути закупаем хлеб, воду, чай уже будет в термос.е Ты проверил давление в шинах?