Михаил усмехнулся, присел на корточки и посмотрел на шины:
— Шиповка заводская? Или дорабатывали?
Мой ответ прозвучал спокойно:
— Основу взяли от «Пирелли», но довели вручную — шипы чуть длиннее, посадка жёстче, давление регулируется прямо с места водителя. Плюс броня арок и усиленные рычаги.
Михаил поднялся, отряхнул перчатки и указал на трассу:
— Сегодня после снегопада, покрытие будет неровное, лёд под пушкой. Здесь нужна тонкая работа педалью газа, уверенное рулевое, и — что главное — холодная голова. На ралли зимой главное не выиграть секунду, а не потерять машину. Особенно на виражах.
Разговор пошёл о балансе торможения, о работе инерцией, об особенностях прохождения поворотов в режиме контролируемого заноса.
— Сейчас покажу трассу. Сначала проеду сам — сядешь рядом, посмотришь. Потом — твой круг. Только предупреждаю сразу: у нас не гонка, а тренировка. Убьёшь машину — сам виноват, — подмигнул Михаил и отправился заводить свою «Волгу», подготовленную для зимних заездов.
Круг был показательный. Михаил вел уверенно, почти не трогая тормоз — только играя газом и рулём. Машина проходила повороты в лёгком скольжении, идеально укладываясь в траекторию.
После первой демонстрации был сделан жест рукой: твой выход. Пересадка за руль «Нивы», в голове полный разбор увиденного. Машина тронулась уверенно, подвеска сглаживала мелкие ухабы, а мотор отзывался чётко. На первом повороте зад слегка повело, но педалью газа удалось поймать линию дрифта.
На финише Михаил хлопнул по плечу:
— Ну что, Константин… Будем говорить прямо. С машиной ты сросся. Почти как с рукой или с сердцем. Вижу это по манере вождения. У таких пилотов — будущее. Даже если не в спорте, то в жизни точно. Руки у тебя золотые, голова варит. Не потеряй это.
Рядом стоящий Исаак Маркович одобрительно кивнул и добавил:
— Говорил тебе, что не прогадал. Теперь и мастер признал.
После короткой беседы перешли в технический ангар, чтобы обсудить возможные доработки. Михаил выложил пару свежих идей по доработке развесовки, антикоррозийной обработке и усилению заднего стабилизатора.
Покидая автодром, в памяти уже крутился каждый поворот, каждая реакция машины. Опыт, который не пропадает даром.
Глава 3
Обратная дорога из Подмосковья в Минск началась на следующее утро в полном молчании. В салоне, кроме легкого шума обогревателя и тихого гула мотора, слышны были только редкие фразы. За окном мелькали снежные леса, просёлки и редкие фуры, спешащие в сторону обеих столиц.
Исаак, сидя на пассажирском сиденье, молча поглядывал на приборную панель. Через пару десятков километров тишина закончилась — начался разговор, тот самый, что давно витал в воздухе.