— Предполагаю, пьянство...

— Какое нафиг пьянство, мы на работе были. Там с этим строго!

— Ну да. Пить нельзя, а заниматься... — Эол замялся. — ...значит, можно?!

— Оксана тогда позвонила, машина у неё сломалась. Я её к Лёхе направил, она и укатила к нему шланги проверять. Мы же тогда в «Тануки» после закрытия смены остались прибираться на кухне. Ну, я с дуру выдал Лерке: «А слабо в дурака на раздевание сыграть? Чисто на интерес». Кубанский азарт — штука страшная. Ну и доигрались... В общем, я её сам и соблазнил прямо там, в подсобке, под запах имбиря и ванили!

Макс замер посреди комнаты, округлив глаза:

— И самое смешное — я вообще об этом не жалел! Лерка оказалась такой горячей штучкой, что у меня в голове сразу всё перевернулось. Я в ту же секунду понял, что к Оксанке возвращаться не хочу. Я просто перестал с ней спать! Представь картину: Оксана ко мне ластится, а я включаю режим «у меня болит голова» и уползаю спать на коврик в прихожую. Я её избегал как чумы, придумывал завалы на автомойке, внеурочные смены по крутке роллов, лишь бы до постели не доходить! Вот она, по ходу, и пошла к Лёхе машину после ремонта забирать... А после падения в реку этот карточный турнир из памяти начисто вырезало. Батюшки, так Лерка от меня беременна, а я как дурак в коме валяюсь, ещё и забыл всё начисто...

Эол медленно поднял на него тяжёлый от вековой усталости взгляд, крепко сжав божественные чётки на запястье:

— Мне бы твои проблемы, Поляков, — У меня Бюро трещит по швам и выдаёт такие системные сбои, каких не было никогда!

Макс от неожиданности даже замер на месте:

— В смысле? Шеф, ты чего, завис?

— Я не понимаю... почему эта Валерия тебя видит? Смертные не могут созерцать призраков! Но это ещё полбеды. Ты видел, что произошло у двери? Меня отбросило, как щенка! Мне нужно срочно с ней поговорить. Лично. Без твоих эклеров и дурацких карт!

— Ого, капитан, полегче на поворотах, — Макс примирительно поднял руки. — Не надо прессовать мать моего будущего поварёнка...

Макс не успел договорить, как божественные чётки завибрировали, издав резкий, пронзительный звон в сознании ангела.

Эола скрутило от пронизывающей боли; прикрыв глаза, он пытался считать координаты:

— Радар работает. Чувствую сигнал глухого отчаяния...

— О, новый клиент! — Макс бодро подпрыгнул, мгновенно переключаясь в режим детектива:

— Куда летим, кэп?

— Отель «Виста», — Эол резко вскинул руку, настраивая портал. — Четвёртый этаж, номер триста двенадцать. Там в ванне с включённым в розетку феном сидит какой-то несчастный. Вода уже набралась до краёв. Секунда — и его закоротит наглухо вместе со всей гостиничной проводкой. Бежим спасать, Поляков. Твоим отцовством займёмся позже.