Он от моего поцелуя чуть не рухнул вниз, и пришлось сильнее сжать его запястье двумя руками. Глаза напротив меня наполнились такой нежностью, что подкосились колени. Никто никогда не смотрел на меня таким взглядом, и никогда мне не был настолько приятен взгляд.

— Спускайся, — скомандовала я.

Матвей аккуратно наступил на маленький выступ, потом на пожарную лестницу, и полез вниз, и я с замиранием сердца смотрела на это. Только когда он спрыгнул на землю и помахал мне рукой, я успокоилась. Махнула в ответ и закрыла окно, но смотрела с улыбкой, как он не спеша уходит в сторону мужского корпуса.

В пакете оказались лекарства, фрукты, конфеты и булочки. Мы с девчонками устроили чаепитие с вкусняшками и классно провели вечер за разговорами.

В детдоме все было по-другому. Если ты заболел, то никому не нужен, только воспитатели приносили лекарства без ощущения заботы. Там никто не придет, не принесет чай и вкусняшки, не полезет на второй этаж. А здесь я наконец-то перестала ощущать себя одинокой. Они все со мной, все рядом. И, несмотря на все трудности и болезнь, я могу сказать, что счастлива. Так, как была счастлива дома, с мамой.

Матвей

Я шел в общагу и улыбался, как дурак. Сколько у меня было девчонок, но никогда обычный поцелуй в щеку не вызывал столько эмоций! От неожиданности едва не грохнулся вниз, но даже если бы такое случилось, я бы ни о чем не жалел. Завтра игра, я должен морально готовиться, настраиваться, а я не могу. Думал только о том, как хочется все повторить: залезть, увидеть, почувствовать горячие губы на своей коже.

Хорошее настроение, с каким я шел до комнаты, тут же растворилось в воздухе, как и моя улыбка. Тимур сидел возле окна, а на его лице светился новый синяк.

— Что произошло? — спросил я, рассматривая брата.

— Козлы эти выследили меня, — устало сказал Тимур. — Деньги требуют.

— Почему не позвонил мне? Я бы пришел!

— Не ори, башка болит, — сморщился старший. — Руки заняты были.

— Отцу говорил?

— Говорил. Надо как-то по другому проблему с ними решать, — сказал Тимур привычную ему фразу.

— Как? — разозлился я. — Как ты это решишь? Ты не видишь, этим парням плевать на все!

— А что я сделаю? У отца принципы! — воскликнул Тимур.

— У меня нет слов, — выдохнул я. — Ладно мы с Марком ему как пятая конечность не нужны, но подставлять своего любимчика…

Я упал на кровать с тревогой внутри. Они выслеживают по одиночке, и Тимуру, как главному, достанется в первую очередь. Хорошо, если обойдется только дракой, то такие люди обычно не останавливаются на мордобое. И чем дольше тянет отец, тем выше вероятность, что живыми нам из этой игры не выйти.