Я попыталась закричать, но тут же чужая ладонь легла мне на губы, и я вздрогнула. Голова инстинктивно отпрянула назад, вжимаясь в жесткую стену затылком. Старая травма крикнула внутри. Тогда тоже было темно, пустой угол, холодная стена и чужие руки на мне, закрывающие рот. Неприятно, обидно, страшно и хотелось раствориться в воздухе, чтобы это прекратилось.

— Молчи, — сказал парень. — Ты сейчас ответишь на вопросы, и мы тебя отпустим. Поняла?

Я кивнула и сжала губы, пытаясь избавиться от противных ощущений на лице.

— Отвечаешь правду и быстро. Если будешь врать, мы придем снова. Поняла?

Я кивнула, хотя не понимала, о чем они говорят. Что им нужно от меня? Тело превратилось в каменную глыбу, и я не верила, что они просто так отпустят. Их взгляды говорили об обратном, и мысленно я молилась, чтобы Матвей успел. Нужно было только немного потянуть время, долго думать над ответами, не вырываться и соглашаться со всем. Он успеет. Я знала, что Матвей сделает все, чтобы успеть и вытащить меня.

Матвей

Я бежал быстрее братьев, думая только об одном: лишь бы успеть. Лишь бы не опоздать, иначе я никогда себе этого не прощу. Спасибо спорту, что научил меня быстро бегать, почти не затрачивая на это силы.

В ушах звенело ее испуганное «Мне страшно», ее мольба о спасении. Если сильная, упертая Настя сказала о своем страхе, значит, она всерьез напугана.

Возле гаражей было темно и тихо. Ряды кирпичных строений с металлическими воротами скрывались в тумане и утопали в тени. Тусклый фонарь с трудом справлялся с темнотой, разрезая неярким светом лишь жалкий клочок пустыря. На расстоянии двух метров уже ничего не видно, и я растерянно смотрел по сторонам, пытаясь уловить хоть какое-то движение.

Я быстрым шагом обошел одну улицу, пока не уткнулся в тупик. Никого. Вернулся назад, столкнулся с братьями, и мы услышали тихие голоса в стороне второго переулка. Я кинулся туда, ныряя в туман, оглушенный собственной яростью. Мне не нужен был эффект неожиданности, мне нужно было спасти, защитить, увести. Кровь кипела в венах, кулаки сжимались сами по себе, и от гнева я уже не чувствовал себя.

И я увидел их. Три парня стояли перед стеной гаража, а между ними сжималась испуганная Настя. Рука на ее лице, и этого было достаточно, чтобы выпустить ярость. Я подбежал, схватил за шкирку первого и с силой бросил его на землю. Тут же схватил второго, оттащил от Насти и швырнул в стену гаража. Подбежал к парню, что зажимал ей рот, и врезал кулаком по лицу. Я готов был кусать и кромсать его, уничтожить прямо здесь, оставить их навечно рядом с этими гаражами.