— Араб?
— Нет, — ответил я. — Татарин.
Американец оказался немного образованным и, перефразировав, выдал:
— В каждом русском есть татарин, поэтому вас все боятся.
Я не стал говорить ему, что теперь уже все боятся не нас, а их. Меня зацепило американское толкование крылатой фразы «Хорошенько поскреби любого русского — и найдешь татарина». Русские подразумевают, что у каждого из них найдется предок татарин, а американцы — что в каждом русском прячется варвар. Кстати, варвары — это тоже национальность, как и вандалы. Они были ничем не хуже нынешних рыцарей и тех, кого побеждали. Так проигравшие, сумев пережить победителей, отомстили им за свой позор.
32
В Париже собрались четыре брата — Карл, король Франции, и герцоги Людовик Анжуйский, Жан Беррийский и Филипп Бургундский — и решили начать наступление на англичан двумя большими армиями, северной и южной, чтобы соединиться под Ангулемом, столицей Аквитании. Первой командовал герцог Анжуйский, второй — герцог Беррийский. Ходили слухи, что общее командование будет поручено любимцу короля Бертрану дю Геклену — выходцу из бедного бретонского рода. За ним не числилось громких побед. Наоборот, он уже четырежды побывал в плену. В последний раз король Карл выкупил своего любимца за сто тысяч ливров. Командир, который имеет дурную привычку попадать в плен, не внушал мне доверия. Южная армия собиралась в Тулузе, северная — в Бурже. Пока шли сборы, свершился обмен герцогини Изабеллы на рыцаря Саймона Барли. Старушку привезли в город Мулен — резиденцию Людовика, герцога Бурбонского. Во время следования по французской территории, сопровождал Изабеллу отряд нашего приятеля Луи де Сен-Жюльена.
Первой начала наступление южная армия, командование над которой принял прибывший из Испании Бертран дю Геклен. У него было две тысячи латников и шесть тысяч пехотинцев. Они начали сходу захватывать города и замки. Гарнизоны сдавались без боя. Узнав об этом, начала движение и северная армия под командованием Жана, герцога Беррийского, у которого было тысяча двести латников и три тысячи пехотинцев. Это не считая мой отряд. Я присоединился к ним под стенами осажденного Лиможа, с сожалением расставшись с Карне де Бретоном. Мы с ним неплохо провели время в Шательро.
Город Лимож расположился на правом берегу реки Вьенна, возле переправы через нее. Сейчас он разделен на две части — Сите и Шато. В первой находится резиденция епископа Лиможского, во второй — замок виконтов Лиможских и английский гарнизон. Крепость на месте Шато построили еще римляне. Говорят, улицы там ровные и пересекаются под прямым углом. Защищают его крепостные стены высотой метров двенадцать с двумя дюжинами башен, круглых и прямоугольных, метров на пять выше, и восемью воротами. Перед стенами ров шириной метров двенадцать и палисад. Стены Сите ниже на пару метров, рову же, и палисада не было. Башни круглые. Сите собирались окружить второй стеной. Начали ее сооружать, но успели закончить всего одну куртину высотой метра три с половиной и длиной метров тридцать. Насколько тяжело было захватить Шато, настолько легко можно было это сделать с Сите.