— Догоним! — опять воскликнул Луи де Сен-Жюльен.
— Лучше обогнать и встретить, — опять предложил я. — Они наверняка идут на Пуату. Мы можем срезать угол, если вернемся назад и переправимся через брод, который недавно миновали.
Командиры переглянулись. Тогда нам придется сильно углубиться во вражескую территорию. Был шанс, что и нам перережут путь к отступлению.
— Будем выдавать себя за гасконцев. Для этого придется всего лишь воздержаться от грабежа деревень. А после нападения быстро отступим, — сказал я.
— Если Джон Чандос даст нам это сделать, — заметил Гийом де Бурд.
— Джон Чандос в ссоре с виконтом Пемброукским, потому что тот отказался идти вместе с ним в поход, — проинформировал нас Жан де Вилэн — мужчина лет двадцати шести, на губах которого постоянно была снисходительная улыбка, даже когда смотрел на солнце.
— Возвращаться без добычи нам все равно не резон. Пойдем наперерез виконту. Захватим его — хорошо, нет — ограбим деревни на обратном пути, — произнес Карне де Бретон.
Остальные командиры согласились с ним.
Мой отряд опять поскакал впереди. Хотя мы шли по вражеской территории, бойцам запрещено было грабить местное население. Жители все равно быстро убегали в лес, завидев нас. Выяснять, свои мы или чужие, у них не было желания. Проезжая через деревню, мои бойцы прихватывали домашнюю птицу, мелкий скот. Раз хозяева не спрятали, значит, оставили своей армии-защитнице.
Мы успели перерезать путь отряду виконта Пемброукского. Вышли западнее деревни Пурьеон, в которой Джон Гастингс остановился на ночлег. Солнце еще не зашло, но, видимо, англичане отшагали положенное на день количество миль. Деревня была большая, домов на сто. На дальнем от нас конце располагался большой каменный постоялый двор с двухэтажными постройками с трех сторон и высокой стеной с четвертой. Такие постоялые дворы тамплиеры настроили по всей Западной Европе. Они располагались в дневном переходе друг от друга на основных купеческих маршрутах. Тамплиеры бесплатно пускали в них на ночь всех путников, а паломников еще и кормили. Рыцарей-храмовиков больше нет. Постоялый двор принадлежит, наверное, какому-нибудь разбогатевшему крестьянину, выкупившему его. Скорее всего, дела у хозяина идут плохо, потому что через район боевых действий купеческие караваны не ходят.
— Надо послать пехотинцев, чтобы перекрыли дорогу с той стороны, — посоветовал я Карне де Бретону. — Когда они доберутся туда и пойдут в атаку, мы ударим отсюда.
— Так и сделаем, — согласился он и отдал приказ Роберу де Сансерру быстро обойти по лесу деревню и ударить с той сторону.