У Теплицких меня уже ждали.
— Проходите, Игнат, проходите! — суетилась Лидия. — Ким с утра на рыбалку умотал, велел привет вам передать… Знакомьтесь: Маргарита Александровна, директор нашего универмага.
Мне чопорно улыбнулась дама в стадии увядания.
— А это — Серафима Андреевна.
— Просто Сима, — томно вытолкнула румяная деваха, немного за тридцать, и добавила, как бы между прочим: — Выходила замуж за лейтенанта милиции, а сейчас он полковник. Но сколько же я сил положила, вытягивая этого тюху-матюху к высоким чинам! Я не я буду, но генеральских лампасов для Вити все равно добьюсь!
— Верю, — ухмыльнулся я. — С вас начнем?
— Нет, давайте с Риты! А я посмотрю…
Час спустя Маргарита Александровна растеряла всю свою чопорность, вертясь у зеркала и восторженно ахая. Я сделал ей каре, только подлиннее.
— Чудо, просто чудо! — стонала Рита. — Ах, вы просто волшебник, Игнат!
— Ну, что вы, я только учусь.
— Моя очередь! — воскликнула будущая генеральша явно деревенских корней, и с ходу пошла командовать: — Сделайте мне, как у них, только челки не надо, а вот здесь…
— Стоп! — твердо сказал я. — Сима, так дело не пойдет. Если вы хотите, чтобы вашу голову опять изуродовали, сходите в парикмахерскую, вас там обязательно послушают.
— Но… — вякнула Серафима Андреевна.
— Никаких «но»! — мне пришлось добавить резкости в голос. — Я лучше знаю, что и как вам идет.
Сима покраснела, но сдержалась, а Лидия за ее спиной показала мне большой палец: люкс!
Защелкали ножницы…
— Сделаю вам «гарсон»… — отрывисто заговорил я, чтобы клиентка не сильно дулась. — У вас вытянутое овальное лицо и выраженные скулы — такая прическа подойдет вам идеально… Лучше всего «гарсон» смотрится на энергичных девушках с черными или каштановыми, как у вас, волосами… А то, что вы энергичны, не требует доказательств… К тому же короткие пряди визуально омолаживают и открывают линию шеи…
Сима затихла.
Филировочка… Пусть волосы плотнее прилягут… Вот так.
— Готово.
Генеральша кинулась к зеркалу, замотанная в простыню, осыпая волосы на паркет — Лидия только отмахнулась: чем бы дитя…
Сима долго смотрела на себя в зеркало, молча хлопая ресницами. Но вот слабенькая улыбка забрезжила на ее губах.
— Игнат! — выдохнула генеральша. — Простите меня, ради бога, я была дурой… Это же, это же…
Щелкнула дверь, и в прихожую вошла молоденькая девушка лет семнадцати, с внешностью обычной, хотя и свежей. Впрочем, великолепная фигура искупала простоту лица.
— Мама! — восхитилась она. — Ну, ничего себе!
— Нравится? — зарделась Маргарита Александровна.
— Очень!