Мне тоже, признаться, хотелось чего-то такого... хм... этакого... но я, как девушка воспитанная, скромная, а порой и стеснительная, ограничилась привычным «спасибо».

Надолго сосед не задержался. Сославшись на дела, уехал, но обещал заглянуть на днях, справиться о наших успехах и достижениях.

После ухода Рейнмара Хельга убежала на кухню впечатляться дальше, а мы продолжили наводить красоту в старом, но уже ставшим родным мне доме.

Мальчишки и правда оказались мастерами на все руки. Том, Дрейв и Марек с таким видом латали крышу над боковым крылом, словно делали это всю жизнь. Эрвин и Фрей починили перекосившуюся дверь в кладовую. Даже старые экипажи, выглядевшие скорее памятником прошлым временам, чем транспортом, благодаря стараниям этих мальчиков ожили.

— В приюте, — пояснил Дрейв, закручивая гайку, — если бы не мы, всё бы давно развалилось. Гартен только орал, а чинить приходилось нам самим.

Я стиснула зубы, но промолчала. Убить этого мерзавца мало...

Когда один из экипажей наконец выкатили во двор, Том сиял, как именинник в день своего совершеннолетия.

— Поедет, — заявил гордо. — Не новый, конечно, но до Лирмонта и обратно запросто доберёмся!

Вечером того же дня он подскочил ко мне, запыхавшийся, с глазами, полными энтузиазма:

— Леди! Я к лорду Аргейлу сбегаю, ладно? Туда и обратно! Попросить вторую лошадь. Одной нам всё равно мало будет!

Я даже ответить не успела, как парень тут же сорвался с места. Вернулся не один. Солнце клонилось к закату, когда во двор вошёл Рейнмар, ведя под уздцы кобылу редкой, почти нереальной масти: светло-пепельной, с мягким серебристым отливом, будто в её шерсть вплели лунный свет. Грива отливала холодным перламутром, а глаза были тёмные, спокойные и такие умные.

— Том всё-таки уговорил… — пробормотала я. И тут же поспешила заверить: — Мы вернём! Обязательно! Как только я...

Но Рейнмар мягко перебил:

— Это мой для тебя подарок, Элиана. Подарок хозяйке Грейсхольма. Женщине, которая умудрилась за пару недель сделать то, что другим не удавалось годами.

Хорошо, рядом никто не стоял. Я и без этого явно покраснела так, что сейчас запросто могла сойти за свежесвареного рака. Не знаю, что смутило сильнее: его слова или взгляд, направленный на меня.

— Рейнмар… я правда не знаю, что сказать... Ты и так уже нам очень помог. Как буду расплачиваться?

Вот зря это сказала. В зелёных глазах соседа мелькнул огонёк лукавства.

— Есть у меня парочка идей, но... ты же не согласишься. Я пытался.

— Тогда и не предлагай!

— А ты не возражай, — сказал он мягко и вложил в мою руку поводья, скользнув по руке пальцами. Едва уловимое прикосновение, а у меня вдруг голова предательски закружилась. — Прими и радуйся, что теперь у тебя будет жить такая красавица. Её, кстати, зовут Селена.