Прозвучало как упрёк, а не одобрение, и это напомнило о нашем утреннем разговоре.

— Думала, ты за меня порадуешься. — Я отстранилась, снова, как несколько часов назад, почувствовав укол обиды.

— Я радуюсь, — невозмутимо кивнул Аргейл. — За детей.

— А за меня, значит, нет...

— Пока что не было повода.

Меня захлестнуло возмущением. Ну вот как так! Я сама... сама(!) вступила в схватку с Гартеном. Хоть и было страшно, но не спасовала. Никогда не считала себя пробивной, зачастую тушевалась, и это мне ох как в себе не нравилось. Сегодня я, наверное, впервые почувствовала себя сильной. Уверенной, взрослой, состоявшейся женщиной. Не пугливой девочкой, а той, кем могла с чистой совестью гордиться. Думала, что-то подобное услышать и от Рейнмара. А оно вон что оказывается...

Повода не было.

Ну и ладно.

— Уже поздно, и вам пора. — Я выразительно покосилась на дверь.

К счастью, мы стояли в холле, и до выхода было рукой подать. Пусть катится на все четыре стороны! К своей расчудесной Жозефине, в «Кувшин» или где он там пропадал, когда я в нём нуждалась.

— Элиана...

— Я устала.

— Элиана. — Он снова посмотрел мне в глаза. На этот раз таким взглядом, от которого сердце в груди замирает. Долгим, внимательным, каким-то... проникающим. В самое сердце или даже глубже — в потаённые уголки моего естества. — Я не умаляю твоей храбрости, но ты, кажется, не понимаешь, во что ввязалась.

— В благое дело...

— В схватку с демоном! — рыкнул Аргейл распаляясь. — Или считаешь, что на этом всё? Гартен так просто отдаст тебе золотую кормушку.

— Пусть забирает дом. У детей с ним связано столько страшных воспоминаний, что, уверена, они предпочтут жить в сарае, чем туда вернуться.

— Я не про дом. Приют приносил ему деньги. И немалые. А ты эти деньги у него отняла.

Очень не хотелось признавать, но, увы, Рейнмар был прав. Я изрядно испортила толстяку жизнь. Но что он может сделать? Убить меня?

Кажется, я не заметила, как озвучила свою последнюю мысль. Опустилась на нижнюю ступеньку и услышала:

— Именно об этом я и говорю. Не станет тебя — не будет проблемы. У тебя нет наследников, а значит, дом вернётся к прежнему владельцу. Не только дом, но и дети.

— Но тот констебль обещал разобраться...

— И его заставить замолчать труда не составит. Элиана, ты в опасности.

В голосе Аргейла звучало столько уверенности, что стало по-настоящему страшно. Я даже сумеречных так не боялась, как «пророчеств» Рейнмара. Оставалось надеяться, что провидец из него так себе...

— И что ты предлагаешь? Разбудить детей и сказать: вставайте, собирайтесь и выметайтесь! Возвращайтесь в кошмар! Это твой план?