Мира, заглянув внутрь, сначала нерешительно замерла, а потом тихонько спросила:

— А… лампу можно не гасить?

— Можно, — ответила я, улыбнувшись, и нерешительно коснулась мягких волос девочки. Та выдохнула с облегчением и, вскинув взгляд, подарила мне в ответ робкую, но всё-таки улыбку.

В следующей комнате поселили Брана с Кайей — там тоже было две кровати, но уже с более «боевым» видом: плотные одеяла, крепкие стулья, даже небольшой сундук в углу. Кайя сразу заявила, что это «отличная крепость», и Бран радостно с ней согласился.

Для Эрвина и Олли отвели комнату дальше по коридору — светлую, с широким окном. Олли долго молчал, а потом вдруг прошептал:

— Тут… тихо.

— Иногда даже слишком, — пробормотала я, а потом, опомнившись, сказала: — Но если вдруг станет страшно — вы не одни. Моя комната в паре метров от вашей.

Старших разместили по отдельности. Ильва долго стояла на пороге своей спальни, словно не веря, что это действительно для неё. Дрейв молча кивнул, огляделся и сказал короткое «нормально», но по глазам было видно — ему нравится. Марек сразу заметил письменный стол и осторожно провёл по столешнице пальцами, будто проверяя, настоящий ли.

Том разместился в той же комнате, в которой ночевал раньше. Зашёл туда, огляделся и вдруг широко улыбнулся:

— Как же хорошо быть дома!

Для Хельги нашлась небольшая, но очень уютная спальня с креслом у окна и собственным шкафчиком.

— Мне больше и не надо, — сказала она оглядевшись. — Спасибо...

В разных концах коридора располагались просторные ванные комнаты. С большими медными ваннами, полотенцами, сложенными аккуратными стопками, и мылом, пахнущим травами. Дети заглядывали внутрь с таким видом, будто попали в королевские покои.

— Купаться будем по очереди, — предупредила я, с улыбкой наблюдая, как у них загораются глаза. — Завтра. Сегодня — отдыхать.

Когда всех наконец разместили, я прошлась по коридору ещё раз, проверяя, всё ли в порядке. Пожелала каждому спокойной ночи, поправила одеяло Мире, приглушила свет у Лисси с Норой, тихо закрыла двери.

— Спокойной ночи, леди Элиана, — донеслось откуда-то шёпотом.

— Спокойной, — мягко ответила я.

Коридор опустел, свет бра стал мягче, почти погаснув.

Мы с Рейнмаром спустились молча. Шаги на лестнице отдавались глухо, и с каждым шагом напряжение, копившееся весь день, понемногу отпускало. Ненадолго, правда.

На первом этаже я остановилась, обернулась к лорду. Теперь, когда дети были в безопасности и дом притих, разговор был неизбежен.

— Ты вернулся...

— А ты, смотрю, зря время не теряла. — Он сощурился, пристально в меня вглядываясь.