правило входа только во время определённой высоты воды;

запрет судов с осадкой больше установленного предела;

два проводника вместо одного при боковом ветре.

Риан добавил обязательную проверку рулевого управления и якорных канатов до входа.

Я внесла ограничения в проект временных правил гавани.

— Название? — спросила Марта, когда мы вернулись в гостиницу.

— Какое название?

— У правил должно быть название.

— «Временный порядок безопасного входа в бухту Кайрна».

— Слишком длинно.

— Зато понятно.

— Моряки уснут раньше, чем дочитают до условий.

Риан снял мокрые перчатки.

— «Правила Штормовой гавани».

Я посмотрела на него.

— У нас нет зарегистрированной гавани.

— Это местное название, не юридический статус.

— Совет может придраться.

— Совет придерётся в любом случае.

Марта одобрительно кивнула.

— Штормовая гавань звучит лучше.

— Пока в документах останется бухта Кайрна, — согласилась я.

К полудню на башне заметили «Мелиссу».

Небольшая почтовая шхуна шла с северо-запада. На палубе лежали длинные балки, связанные в два ряда. Возле кормы были закреплены бочки со смолой, ящики с замками и несколько мешков строительной извести.

Капитан остановил судно за внешним рифом, как предписывал новый сигнал.

Торен и стражник Риана отправились к нему на лодке.

Мы ждали на берегу почти час.

За это время ветер дважды менялся. Эрден следил с башни. Риан измерял направление по маленькому флажку на причале. Я проверяла документы на груз, которые заранее передал Дален.

Наконец лодка вернулась.

— Капитан согласен, — сообщил Торен. — Но хочет письменное освобождение от ответственности, если повредит судно по вине проводника.

— Не получит, — ответила я.

— Тогда не войдёт.

— Можно разделить ответственность, — сказал Риан. — Проводник отвечает за указанный курс. Капитан — за исполнение команд и техническое состояние судна. Если происшествие связано с неверно обозначенной глубиной, ответственность берёт владелица бухты.

— Я не могу отвечать за подводный камень, которого нет на промерах.

— Можете отвечать только за данные, внесённые в акт испытания.

— А если глубина изменится между испытанием и входом?

— Поэтому указываем допустимый промежуток времени и высоту прилива.

Я перечитала черновик.

Условия были неприятными, но справедливыми.

— Хорошо. Составляем договор на один вход.

— Один? — спросил Торен.

— Это испытание. Постоянные правила утвердим после результата.

Капитан «Мелиссы» подписал договор на борту.

Перед входом команда убрала лишние паруса. Торен встал у рулевого, стражник Риана — на носу. Сам командующий остался на патрульной лодке рядом, готовый помочь, но не вмешиваться без необходимости.