Дален нахмурился.

— Зачем считать то, что и так ваше?

— Чтобы понимать, сколько ресурсов осталось. Если разобрать все постройки без учета, через месяц мы обнаружим, что потратили материалы, которых больше нет.

— Вы собираетесь вести книгу каждой старой доски?

— Только той, которая держит потолок.

Он ушел за Тореном.

К концу дня в расходной книге появились первые доходы и новые обязательства. Мы заработали на одной комнате, но потратили почти в четыре раза больше на материалы и оплату работы. Это было ожидаемо. Гостиница не могла стать прибыльной сразу.

Главное, что расходы соответствовали плану.

Марта предложила открыть маленькую столовую для островитян уже через два дня.

— У нас есть печь, столы и люди, — сказала она. — Женщины все равно готовят для моряков.

— Когда корабль уйдет, продуктов станет меньше.

— Будем готовить только вечером. Рыбная похлебка, хлеб и один горячий пирог. Кто хочет — платит деньгами или продуктами.

— Какими продуктами?

— Рыба, яйца, молоко, картофель, овощи. У каждого дома понемногу.

— Нам нужен единый список цен.

— Сделаю.

— И отдельный учет того, что идет на питание работников гостиницы.

Марта вздохнула.

— Когда-нибудь вы позволите мне просто сварить суп?

— Когда в кладовой будет достаточно еды, чтобы не считать луковицы.

— Тогда ждать долго.

Мы составили список.

Риан провел большую часть дня за опросами. Сначала штурман, потом судовой плотник, затем помощник капитана. Я присутствовала только при разговоре со штурманом, потому что он касался карты напрямую.

Штурман подтвердил, что получил документ уже с нанесенным маршрутом. Сам он проверил общие глубины, но не сравнил путь с другой картой, поскольку распоряжение пришло от официальной службы.

— Почему не заметили старое название? — спросила я.

Он покраснел.

— Я смотрел на глубины и ориентиры.

— На карте отсутствовала магнитная отметка.

— На северном обходе она не должна была требоваться.

— Но Кайрн был обозначен рядом.

— Да.

Он не искал оправданий. Просто признавал ошибку.

Риан записал ответ.

— Вы могли изменить курс после обнаружения отклонения?

— Попытались. До поломки руля.

— Поломка естественная?

— Плотник говорит, трос имел внутренний надрез.

Мы с Рианом одновременно подняли головы.

— Вчера вы сказали, что тяга лопнула от нагрузки, — произнес он.

— Так мы думали. Сегодня плотник разобрал механизм. Внутри каната несколько волокон перерезаны заранее. Снаружи повреждение было не видно.

— Когда это могли сделать?

— В порту или на корабле до выхода. После отплытия рулевой отсек почти всегда закрыт.

— Почти?

— Во время проверки туда входили плотник, его помощник и два матроса.