– Да, купил. Новый хозяин. Говорят, молодой, из Москвы. Инвестировать в город будет.
Сердце на мгновение замирает, а затем начинает биться с бешеной скоростью. Москва. Молодой. Но нет, не может быть. Это совпадение. У него на носу свадьба. Он сейчас в столице, готовится к пышной церемонии.
Но тревога, острая и холодная, уже впилась в душу когтями.
Утром, за четыре дня до свадьбы звонит администратор торгового центра. Голос взволнованный, торопливый.
– Инна, срочно дуй в офис! Новый владелец приезжает! Сегодня! Прямо сейчас! Надо всё отдраить до блеска!
А у меня смена в кафе, к тому же платье из ателье нужно забрать… Но в её голосе слышится такая паника, что отказаться невозможно. Да и двойной тариф лишним не будет.
– Хорошо, еду, – говорю я, чувствуя, как по спине бегут мурашки.
Приезжаю в торговый центр. Он пуст и безмолвен, лишь эхом отдаются мои шаги. В офисе администрации пахнет свежим воском и тревогой. Беру ведро, швабру. Привычные движения успокаивают нервы. Я погружаюсь в ритм: мытье, полоскание. Стараюсь не думать. Не думать о дне свадьбы. Не думать о нём.
И вдруг меня выдёргивает из забытья звук чьих-то торопливых шагов. Из-за угла выскакивает тот самый охранник, Виктор Степаныч. Его лицо бледное, глаза выпучены. Картина от которой стынет кровь.
– Инна, скорее! В подсобку! – почти шипит он. – Хозяин тут! С раннего утра нагрянул! Прячься!
И в этот момент я резко разворачиваюсь, цепляюсь ногой за дужку ведра и падаю. Время замедляется. Я вижу, как ведро описывает в воздухе плавную дугу, и грязная, мыльная вода выплёскивается на только что вымытый, сияющий пол…
Глава 9
Леонид
Знал, что меня попытаются встретить, но не ожидал, что с праздничным фейерверком. Вижу издалека, как уборщица в резиновых перчатках спотыкается о ведро. Грохот звуком фанфар уносится в потолок. Вода из ведра превращается в лужу грязной воды, расползающуюся по отполированному до зеркального блеска полу. Это должно быть смешно. Жалко. Глупо. Но что-то внутри меня сжимается в тугой, холодный узел. Несусь спасать деву в беде.
Смотрю, как она поднимает голову, и… замираю, забыв, что секунду назад хотел сделать. Инна. Сердце пропускает удар. Знал, что она в городе, но не ожидал увидеть её так скоро.
Карие глаза, точно такие же, как на последней нашей совместной фотографии, расширяются от ужаса. От узнавания. Она смотрит на меня, будто видит призрака. Может, для неё я им и являюсь. Призраком прошлого, которое она так старательно пыталась забыть.
Она встаёт, отряхивает руки, затем вытирает их о дешёвые рабочие брюки. Извиняется. Её голос дрожит, но в нем слышится знакомый упрямый оттенок. Тот, что когда-то заставил меня обратить на неё внимание – провинциальную девчонку с невероятной силой воли в глазах.