Стоит ли ломать себя окончательно, выходя замуж за Сашу? Ради чего? Ради мести? Чтобы доказать Леониду, что я тоже могу быть «счастливой»? Чтобы иметь видимость нормальной жизни? Но разве это не самообман, ещё более жалкий, чем моя нынешняя жизнь?
Он женится на Норе. Он дарит ей целый торговый центр. А я выхожу за Сашу, который ревнует меня к собственной тени. Считает, что делает одолжение, женившись на мне с чужим ребёнком.
Прекрасная месть! Королёв будет строить отели на берегу озера, а я мыть полы в его свадебном подарке Норе. Или стану женой человека, смотрящего на меня как на свою собственность. Отличный выбор, Инна! Просто блестящий.
Но что мне делать? Отменить свадьбу? Остаться одной? С двумя работами и вечным страхом, что Леонид однажды узнает про Таню и заберёт её?
Вместо ответов слёзы. Горькие, безнадёжные слёзы женщины, загнанной в угол собственной жизнью. И предательским сердцем, всё ещё бьющимся для того, кто считает его «пылью».
Глава 11
Инна
Утро. Оно наступает вопреки всему – моим мольбам, слезам, надежде, что время можно остановить. Солнце нагло лезет в щели между шторами, освещая пылинки, танцующие в воздухе. Как будто ничего и не произошло. Как будто вчера я не стояла на краю эмоциональной пропасти.
Тяжесть в душе – мой верный спутник. Она давит на плечи, заставляет двигаться медленнее. Каждый жест рассчитывать, каждое слово обдумывать. Сегодня день, после которого остаётся всего три. Три дня до ЗАГС-а! Семьдесят два часа до моего личного акта капитуляции.
Быстрый душ. Одеваюсь за пять минут. В квартире уже шумят. Тётя Наталья уговаривает Таню надеть синее платьице, а не розовое. Дочка капризничает. Звонкий голосок режет слух. Они собираются в игровую комнату при нашем торговом центре. Достаю из сумки несколько купюр. Усмехаюсь, проговаривая чуть слышно:
– Жертвуй, Инна, деньги в подарок Норе! – Горькая, привычная как старый шрам, ирония помогает мне жить.
– Мама, ты нас проводишь? – кричит Таня, выбегая из комнаты.
Я с любовью смотрю на своё счастье, заглядываю в сияющие голубые глаза, так похожие… Стопорю себя. Не думать о нём! Сегодня я не могу себе этого позволить.
– Нет, солнышко, мама опаздывает на работу, – целую дочь в макушку, вдыхая запах детского шампуня. – Вы с бабой Натальей сходите сами. Вот деньги.
Сунув им в руки купюры, я выскальзываю за дверь, как преступник. Мне нужно бежать. Работа. Всегда работа! Мой якорь и моя тюрьма.
Прихожу в торговый центр чуть позже обычного. Пробираюсь служебным входом, надеясь стать невидимкой. Не получается. Администратор, вечно недовольный Андрей, поджидает меня у входа в подсобку. Крысиное лицо искажено привычной брезгливостью.