Второй бурдюк я решил сделать сложнее, добавив туда ту же Холодянку для холода, немного золотарника для связки элементов, Живосил для крепости тела и немного Ветропуха, который по свойствам усиливал. Для караванщиков Нагии, проводящих в седле или на ногах много времени, это могло пригодиться.

Я засыпал ингредиенты в узкие горлышки бурдюков, залил их доверху холодной водой из ведра и плотно прикрыл. На миг задумался… Может, влить туда энергию? Так, чтобы не нагреть, а медленно и осторожно, чтобы скрепить и сбалансировать с ее помощью ингредиенты? Мне же нужна была именно холодная экстракция.

Взяв первый кожаный мешок в руки, решил попробовать.

Но энергия шла из ладоней неохотно, словно материал бурдюка сопротивлялся моему Дыханию и не хотел пропускать его внутрь к воде. Я нахмурился, поправил положение рук и закрыл глаза, пытаясь нащупать нить, которая свяжет мою силу с элементами трав внутри мешка.

Прошло, наверное, полчаса, прежде чем я почувствовал, как нити энергии начали впитываться в холодную воду, однако они двигались там медленно, словно замерзая в элементе Холодянки. В холодной среде Дыхание становилось вязким, непослушным, как замерзшие пальцы.

Вливать энергию и пытаться сбалансировать Живосил или цедру в таких условиях оказалось в несколько раз сложнее, чем при горячей заварке, поэтому мне приходилось буквально проталкивать силу по капле. Я сидел неподвижно, слушая, как за окном постепенно стихает шум дождя, а в зале рабочие начинают собирать инструменты, готовясь к уходу, но я не мог прерваться.

Ноги затекли, спина ныла от неудобной позы, а ладони стали холодными от соприкосновения с кожей бурдюка, но я продолжал удерживать концентрацию. Вел энергию не спеша, по чуть-чуть.

На один бурдюк с Холодянкой и мятой у меня ушло не меньше часа времени, и, когда я закончил, Родник в груди неприятно пульсировал, а каналы тянуло. Я отложил первый мешок в сторону, вытер пот со лба, который теперь казался ледяным, и сразу взялся за второй.

И тут я понял, что совершил ошибку, когда смешал Ветропух и Живосил. Воздух и земля… Они постоянно вступали в конфликт, и мне приходилось тратить остатки сил, чтобы удержать их в равновесии. Энергия внутри воды застывала и почти не реагировала на мои попытки ускорить процесс. Из-за этого сил уходило куда как больше…

Не знаю, сколько я просидел со вторым бурдюком, но, когда наконец закончил и открыл глаза, в кухне уже было темно, в углу тлел очаг, а из зала не доносилось ни единого звука. Похоже, рабочие уже ушли. Минка и Марвина тоже не было слышно.