Марвин, убедившись, что я в порядке, откашлялся, огляделся, будто искал, кто нас может подслушивать. А я непроизвольно напрягся, когда он, не моргая, уставился на меня.
— Алхимия… — произнес он. — Это не то же самое, что и чай. Я ведь, когда колодец иссяк, пробовал энергию вливать в чай, усилить, как в алхимии… Но не смешивалась она с чаем, не держалась.
Марвин замолчал, пожевал губу и наконец спросил то, что и хотел. Но с таким прищуром и настолько спокойно, что я понял: отвечать придется честно.
— Как ты это делаешь?
Глава 3
Какой хороший вопрос: как я вливаю энергию в чай. Настолько хороший, что и я бы сам не отказался узнать, «как» и почему это работает. Я ведь не алхимик и не восходящий в привычном понимании этого слова. И законов магии еще не понимаю.
Марвин смотрел на меня пристально. Причем сидел напротив вроде бы спокойно, чуть подавшись плечами вперед, но пальцы у него всё равно подрагивали на коленях. То ли от сожженных каналов, то ли от напряжения — не угадать.
— Не знаю, — сказал я наконец, и голос отчего-то вышел хриплый.
Марвин пожевал губами, не сводя с меня глаз.
— Не знаешь?
— Да, — кивнул я, стараясь держать голос ровным. — Честно не знаю.
Он прищурился сильнее, и складки у глаз стали глубже, а я вдруг поймал себя на том, что больше всего сейчас боюсь не его злости, а того, что он задаст правильный следующий вопрос. В том смысле, что мне придется лгать ему напрямую о том, откуда у меня знания о чайном деле. Он не подросток, как Лира и Минк, которым хватит пары намеков.
Марвин ведь алхимик, и не просто травник с лавки, а человек, который когда-то управлял целой Гильдией. Бывший глава попросту не может не знать про экстракцию, температуру, вытяжки, перегонку, настаивание и сушку. Более того, он знает это лучше многих местных мастеров, так что спрашивает он сейчас не про обычную обработку сырья.
— С чего ты вообще решил энергию в чай лить? — спросил он, хмурясь.
Я мгновенно вспомнил разговор с Рованом.
— Пару дней назад сюда один алхимик с юга забрел, — начал я. — Он мне за то, что я ему сухой угол выделил на ночь, рассказал про каналы и Родник.
— И про то, как алхимики работают, — догадался старик, к чему я клоню. — Поэтому ты решил использовать этот метод в чае?
— Именно. Подумалось, что получится, — пробормотал я, не поднимая головы. — Доверился интуиции.
— Интуиции? — повторил Марвин издевательским тоном и приподнял бровь.
— Я попробовал до вашего прихода, на другом чае, и получилось не идеально, конечно, но получилось, а уже потом я заваривал гостям.
Марвин медленно втянул воздух носом, потом так же медленно выпустил его через зубы, и я вдруг понял, что про ферментацию он тоже наверняка всё заметил еще вчера, когда вошел на кухню и увидел горшок, сковороду, дощечку с прожаренными листьями.