Резерв сейчас был почти полным — 72/100. За вечер и утро восстановился неплохо.
Анализ! Система уже привычно разобрала растение на составляющие, собрав весь фокус на растении и оттеснив прочий мир.
[Результат Продвинутого Анализа]
[Молниевый корень. Ранг 2]
[Вероятный тип Дыхания: Земля/Молния]
[Свойства: усиление]
[Особенность: при некачественной экстракции есть риск неконтролируемого всплеска Дыхания]
Я посмотрел на строки и прокашлялся. Это что… опасное растение?
Рау снова потянулся к горшочку, и я убрал его лапу от края, не глядя.
— Ты его уже подъел, когда тащил из Леса, хватит.
Сам я растение трогать не стал. Оно было уже почти без искры, но мало ли… Надо было Марвину его продать или обменять. Но задним умом все хороши.
И тут я задумался. Усиление. А что, собственно, это вообще значит? Усиление чего?
Нет, в чай мы это добавлять не будем. Но и ждать, когда оно «выдохнется», тоже нельзя. И тут у меня появилась идея, что с ним можно сделать.
— Да, точно, — сказал я, поглаживая Рау. — Надо будет переговорить с Минком.
Глава 4
Ворот колодца поддавался нехотя. Скрипел и заедал. Не меньше минуты мне потребовалось, чтобы поднять ведро. Колодезная вода обожгла пальцы холодом, хотя утро было уже по-настоящему теплым. Я вернулся на кухню, поставил его в тени у стены и отошел к рабочему столу, где лежал пучок Холодянки.
Листья были узкие, серовато-зеленые, чуть влажные у основания. Я взял один, сложил вдоль, нажал большим пальцем вдоль жилки и почувствовал, как из листа выступил холодный сок. Пальцы тут же начало ощутимо морозить — не неприятно, но заметно, как если бы подержал снег в кулаке лишние пять секунд. Размял остальные между ладоней. Сложил все в небольшой глиняный чайник, залил холодной колодезной водой прямо из ведра.
День обещал быть жарким, такое уже чувствовалось по тому, как быстро прогревался воздух на улице. Значит, к обеду должно настояться нормально.
Чайник убрал в кладовую, в самый темный угол на полку, и закрыл дверь.
Лира вышла из своей комнаты, зевая, с растрепанной косой. Я как раз к этому моменту закончил готовить кашу — крупы оставалось еще небольшой мешочек. Мы быстро позавтракали и принялись за работу.
Лира молча забрала со стола баночку с древесной мятой, потом вернулась и взяла еще две, унося все в зал. Мы с ней это не обсуждали, просто оба знали, что в рабочей кухне нет места для всего сразу. Я начал собирать горшки, а Лира подхватила развешанные над очагом сушеные пучки.
Когда кухня опустела от всего лишнего, я взял совок и ведро и занялся очагом. Из зала продолжало звенеть железо и глина — Лира расставляла все по столам, пристраивала баночки, что-то переставляла.