Вновь зачерпнув энергию, удержал ее, чувствуя, как начинает стучать в висках от напряжения. А следом я «увидел» десятки едва светящихся нитей, идущих от Родника во все стороны. Вот как они выглядят. Тусклые, слабые, тонкие. Они были симметричными. И я быстро понял, куда мне нужно направлять энергию.

Протолкнув ее в канал, в сторону плеча, я скривился, когда она уперлась в преграду. Ощущение было паршивым. Будто я пытался продавить кипящую, густую смолу через заржавевшую и наглухо забитую мусором трубку внутри собственного плеча. Я надавил, толкнул дальше, заставил протиснуться на волос. И это дало результат. Канал стал светиться ярче, насыщеннее.

Постепенно у меня начало получаться. Энергия становилась более послушной, откликаясь на мою волю.

Я сжимал ее мысленным усилием в тугой поток и помаленьку, по чуть-чуть, никуда не спеша, направлял, толкал, протискивал от груди в сторону правого плеча.

Я прошел часть пути, а потом что-то пошло не так. Энергия растеклась по телу теплой волной, рассеиваясь бесследно.

[Резерв Родника: 96/100]

Понял. Энергия тратится.

Я попытался еще раз. Сдавил. Направил. Толкнул…

Провал.

Еще раз.

И еще раз.

С пятой попытки у меня снова получилось. Энергия потекла в сторону плеча, расширяя канал. Но стоило ей дойти до самого плеча, где он разветвлялся, как почти сразу мышцы руки свело неприятной судорогой. Пальцы самовольно скрючились. А я сжал челюсти, чтобы не потерять концентрацию. Холодный пот уже давно выступил на лбу и тек по вискам, носу и подбородку.

Где-то рядом Лира шептала что-то успокаивающее, но я не разбирал слов, находясь будто под толщей воды.

Я снова сосредоточился. Снова пустил поток в руку, но в этот раз сделал его тоньше, слабее. Родник в груди начал пульсировать сильнее, болезненно отдаваясь в ребра. Я интуитивно нащупал самый большой проток в руке, куда энергия тянулась сама собой, и повел ее туда.

Сквозь шум в ушах пробился голос Лиры: «Брат, не торопись. Плавно. Осторожно».

Я не ответил и постарался поймать нужный ритм. Вспомнил слова Лиры про ручеек и забитое русло, так и стал делать. Давил ровно, без рывков, но уверенно, помаленьку пробивая путь. На саму концентрацию сил уходило куда больше, чем на физическое напряжение. И это было странно.

Рау тихо сидел у меня на макушке. Прижался всем весом, и в какой-то момент я почувствовал, как он мне помогает. Он будто подталкивал энергию внутри меня.

Эта посторонняя мысль сбила меня с ритма. Энергия хлынула, расплылась во все стороны, и руку обожгло, будто ее кипятком ошпарили. Рау недовольно пискнул. А я зашипел сквозь зубы. Ругнулся про себя, задавил лишние мысли и заставил поток снова выровняться, пробивая путь.