— Мог видеть до болезни.

— До болезни он не интересовался такими вещами.

— Может быть есть английский вариант…

— Может быть. Но не в нашей библиотеке. И это не объясняет того, почему в словаре нет некоторых слов.

— Придумал. Или переврал, — предположил папá.

— Или знает их больше, — возразил Никса.

— Сначала всегда следует искать рациональное объяснение, — сказал папá.

— Очень много всего, — покачал головой Никса. — Рациональные объяснения приходится за уши притягивать.

— Это не все?

— Была еще одна странность. Когда Саша узнал, что мне преподает литературу Гончаров, он тут же спросил что-то вроде: «Автор «Обломова»?». Я сказал, что у учителя нет такого романа. Саша: «Ты спроси у него про «Обломова», может, я правда что-то перепутал».

— И что?

— Я спросил. Иван Александрович сказал, что «Обломова» он собирается закончить к Новому году.

— Ну, и что? Наверняка, Гончаров кому-то рассказывал.

— Может быть, — вздохнул Никса.

— Понимаю, — сказал папá, — хочется верить в чудо.

— Иногда он рассказывает о таких чудесах, в которые совсем не хочется верить.

— Никса, что за история с твоей болезнью?

— С чахоткой?

— Склифосовский поставил диагноз?

— Никакого диагноза он не ставил. Просто нашел у меня клетки Пирогова.

— Это что?

— Гигантские клетки, которые находят в мокроте туберкулезных больных.

— Это он сказал?

— Я их сам видел в микроскоп.

— Это еще ничего не значит.

— Конечно, именно так и сказал Склифосовский.

— Что за лаборатория? — спросил папá.

— Лаборатория, которую придумал Саша и оплатила Елена Павловна. Для изучения туберкулеза. Чтобы найти для меня лекарство.

— Ты ему поверил?

— Много доказательств, — заметил Никса.

— Недоучившийся студент — это не тот человек, который может поставить диагноз! Не ему судить о твоих болезнях! Что он вообще себе позволяет?

— Можно Пирогова пригласить. Пусть подтвердит или опровергнет.

Царь поморщился.

— Енохин есть.

— Да, — вздохнул Никса. — Конечно, есть Енохин.

— Он отличный врач.

— Папá, это не все. Саша знал, что искать. Он потом объяснил мне, что просто сопоставил два факта: мою золотуху и то, что он видел в своих снах. Про то, что я не буду править. И решил, что золотуха имеет к этому отношение. Он сказал, что от Склифосовского впервые услышал о клетках Пирогова. Но потом они стали искать бактерию в этих клетках. Саша знал, как она должна выглядеть. Он сказал: туберкулезная палочка.

— Нашли?

— Да. Действительно похожа на палочку, длинная и узкая, иногда две таких палочки соединяются у концов и образуют латинское «V». Они со Склифосовским долго искали краситель, но в конце концов было хорошо видно.