Саша пожал плечами.

— Где-то читал.

— И что ты предлагаешь? — поинтересовался папá.

— Высокая патентная пошлина — это гиря на ногах изобретателей и камень на шее промышленности. Я предлагаю снизить раз в десять и платить только после внедрения изобретения. А лучше после выхода на окупаемость.

— Никто не признается, что получает доход, — заметил царь.

— Не признается — прое… потеряет привилегию.

— В «Морском сборнике» про патентное бюро твоя статья?

— Да-а. Там все в порядке, цензура пропустила.

— Не сомневаюсь, что цензура пропустила.

— Хорошо, что я вынес это на общественное обсуждение, — заметил Саша. — Похоже, выдача патентов Госсоветом — еще не самое страшное. Пошлины гораздо хуже. Сколько же еще подводных камней я ни хера не вижу!

— Саша! — одернул папá.

— В упор не вижу, — поправился Саша. — Интересно, а какая статистика? Сколько у нас выдается привилегий в год? А в США, например? Почему-то мне кажется, что мы отстаем раз в десять.

— Я скажу Княжевичу, чтобы он тебе прислал цифры, — пообещал папá.

Александр Максимович Княжевич занимал должность министра финансов. И именно им была подписана привилегия.

— Никому еще так быстро не выдавали привилегии, — заметил царь. — Меньше, чем за полтора месяца! А ты знаешь, были возражения. Не все считали твое изобретение безвредным. Поскольку есть опасность пожаров. Другие не находили в нем пользы — одну остроумную игру ума.

— Мы никогда не знаем, где польза, а где остроумная игра ума, — заметил Саша. — И что, во что выльется. Можно?

— Лист бумаги? Бери!

Саша взял лист, разделил надвое и сложил из половинки самолетик.

Запустил вдоль необъятного царского кабинета.

Самолет долетел почти до противоположной стены и приземлился на письменный стол.

— Вот что это? — поинтересовался Саша. — Что-то полезное или остроумная игра ума?

— Остроумная игра ума, — сказал царь. — Патентовать будешь?

— Ну, что тут патентовать? — спросил Саша. — Каждый может сложить из бумаги.

— И не запатентуют, — заметил царь.

— Однако, это не остроумная игра ума, — заметил Саша. — Представьте эту игрушку увеличенной раз этак в тысячу. И она летает над позициями противника и поливает их картечью.

— На военные изобретения вообще не выдают привилегии, — сказал царь.

— Да? Теперь понятно, почему у нас в армии капсюльные винтовки с дульной зарядкой. И, говорят, гладкоствольные пистолеты. Что американская армия слабее стало от того, что у Кольта патент?

— Американская армия, — поморщился папá. — С кем им там воевать?

— С Великобританией воевали.

Царь затянулся сигарой.

— Ты без этого не можешь, — заметил он. — Обязательно найдешь на солнце пятна.