Главный виновник происходящего уже пребывал в зверином обличье и, скажем прямо, выглядел впечатляюще. Здоровенный, клыкастый, с белоснежной шерстью, он являл собой пример животной мощи и силы, потому Яна, стоящая по правую руку от своего подельника, смотрелась на его фоне как-то даже немного жалко. Причем Олегу показалось, что и она сама это понимает. Более того, у него возникло ощущение, что ведьма изрядно побаивается своего приятеля, осознавая, что теперь не так уж сильно ему и нужна. Или даже жалеет, что ввязалась во всю эту свистопляску, которая может лично для нее очень плохо закончиться.

— Все как договаривались, — прошептал Морозов Герасиму. — На вас волки, на нас — вожак. Если ведьму попутно задерете, только «спасибо» скажем.

— С ведьмой как пойдет, а родне не беспокойся, что заслужили, то получат, — ответил тот, глядя на поджарых молодых волков, которые полукругом окружили альбиноса, причем их было куда больше, чем предполагалось изначально. — Интересно, остальные кто такие-то? Из какого леса пожаловали?

— Чужих убивать сподручней, чем своих, — просипел Антип, — их не жалко.

— Славян, Васек, вы выжидаете момент, — строго произнес начальник отдела, глядя на поименованных подчиненных. — Ни раньше, ни позже. Остановите его, а дальше Саня в дело вступит.

— Ясно, — в один голос ответили оперативники и зашуршали по кустам, причем один направился влево, другой вправо.

— Лен, ты вообще в драку не лезешь, ясно? — продолжил начальник. — Твоя работа уже сделана. Все!

— Плохое место, — пробормотал лесовик, глядя на костры, полыхающие на поляне. — Вон душ сколько между огнями пляшет.

— Ты о чем, отец? — уточнил Морозов. — Вроде здесь не капище? Ты же сам говорил?

— Не капище, — подтвердил Никитич, — а народу много померло. Два князя тут сошлись в драке, вишь ты. Давно, еще когда татарин по нашим землям на конях своих скакал. И ведь одного корня, браты, а все одно один другого убил, земли ему приглянулись эти, понимаешь. И всех, кто с ним был, тоже. А после тела так и оставил лежать, что грех великий.

— Ну вот тебе и ответ, почему он тут мероприятие надумал проводить, — пробормотал Ровнин. — Читал я, что братоубийство Чернобогу особенно любо было.

— Олег, не передумал? — спросил у него Морозов. — Можно еще все переиграть.

— Нет, — усмехнулся тот. — Да и не у меня самая опасная роль. Сань, ты у нас нынче прима.

— Все будет как надо, — прошептал Ольгин, сжимая в руках рукоять шашки, которую ему отдал Ровнин. — Ань, ты не бойся, если что, я и тебя подстрахую.

— А зачем ему меня страховать? — нервно спросила Немирова, с ужасом глядя на белого вожака, который задрал голову вверх и протяжно завыл на луну, то ли призывая Чернобога, то ли выказывая свое неудовольствие по поводу того, что к нему до сих пор не привели первую юношескую любовь.