— Так они по двести сорок четвертой наверняка пошли, за надругательство над трупами, а там много не дадут, — усмехнулась экспертша. — Просто в УК каннибализм как явление отсутствует.

— Ой, Маргарита Сергеевна, а то вы не знаете, как тюремный телеграф работает! — рассмеялся Никита. — Ладно, что с нашими жмурами?

— Их души в лучшем мире, тела можно отправлять в морг, а лично я все, что должна была сделать, то сделала, — показала операм свои руки женщина. — А теперь еду домой, поскольку моя смена уже кончилась. Кстати, Никитушка, прибудешь в участок, за меня в журнале распишись, будь добр.

— Хорошо, — кивнул капитан. — Сделаю, хоть это и непорядок.

— А я тебе печеньки на следующее дежурство куплю, — посулила ему женщина.

— Это все замечательно, но акты? — обеспокоился Олег. — И еще мне бы фото.

— Мой славный незнакомый юноша, все вам будет, — устало посулила ему Маргарита Сергеевна. — Но — завтра. Да, Никитка мне говорил, что это, возможно, серия, что начальство на рогах стоит и играет на трубе сигнал «тревога», но мне, признаться, все равно. Просто если я не посплю хотя бы восемь часов, то сама кого-нибудь убью, и шиш вы меня за руку схватить сможете, ибо опытный эксперт для закона неуловим. Все, ушла.

— Вот сюда все вышлите, — сунул Олег женщине свою визитку. — Пожалуйста!

— Ладно, — как видно, очень уж жалобно Ровнин произнес последнее слово, ибо голос эксперта подобрел, — сделаю.

Маргарита Сергеевна взмахнула рукой в прощальном жесте и покинула квартиру.

— Интересная женщина, — проводил ее взглядом Олег, — во всех отношениях.

— Марго-то? — хмыкнул Никита. — Забудь. К ней кто только яйца не подкатывал, всем от ворот поворот. У нас рассказывали, что давно, еще чуть ли не при Советской власти, она с одним лейтенантом хороводилась, там такая любовь была, что аж искрило все. Так вот парня этого вместе со всей опергруппой в Телави грохнули грузины-цеховики за то, что они полезли туда, куда не надо, и с тех пор Марго стала такая — шутки шутит, но никому не дает. Ну, вроде как до сих пор того лейтенанта любит.

— Чего-то на свистеж похоже, — поморщился Олег, возвращаясь в комнату, где находились трупы.

— Может, и так, — пожал плечами Никита, — а может, и нет. Хочется же иногда верить в то, что такое случается? Иначе совсем озвереть можно.

— Что стоим, что не работаем? — В комнату ввалился мордатый полковник со свирепым выражением лица. — А?

— Почему? — удивился Олег, сразу понявший, что на место происшествия нагрянул один из многочисленных представителей главка из числа тех, для кого важным является не результат, а участие, причем желательно в процессе распределения наград. — Работаем. Вот выдвигаем версии.