— А вот про нее мне никто ничего не сказал, — помрачнела Марфа. — Скверно!

— Да просто ваши подопечные понятия не имеют, кто она такая, — предположил Ровнин, включая электрочайник, который мигом зашумел. — По причине молодости и глупости.

— Олег, мы еще долго можем перебрасываться словами, но надо ли? — мягко произнесла ведьма. — Уверена, ты все для себя решил, потому вопрос сейчас только в цене. Что ты хочешь получить за то, что забудешь сразу обо всех провинностях моих дурочек? И да — никто из них в Москве никогда более не появится. Они сюда не сунутся даже в том случае, если будет стоять вопрос о жизни и смерти.

— Да дело не в том, что эти не появятся. Оно в другом. Те, которые останутся, не лучше. Ваша пристяжь по-прежнему станет думать, что им можно все. Хуже того — убедится в том. Ведь есть вы, которая все вопросы порешает, а значит, бояться нечего. Я вам больше скажу, Марфа Петровна: все ведьмы Москвы, вместе взятые, не создают нам столько проблем, сколько одни ваши воспитанницы. И да, если бы я не знал, насколько добр и гуманен Александр Анатольевич, то после сегодняшнего происшествия поставил бы вопрос о силовой нейтрализации вашего ковена. Причем полной.

— Суров ты, Олег Георгиевич! — Марфа сделала паузу перед тем, как назвала отчество, то ли потому, что делала это впервые, то ли затем, чтобы подчеркнуть свое отношение к собеседнику. — Думаю, по молодости. Мы все в твои годы были максималистами.

— Не в том дело. Ну вот не понимает ваше окружение доброго отношения, за слабость его считает. А это не так. Потому и приходится не словом учить, а через смерть ближнего. Мне подобное не по нраву, но если нет другого выхода, то что поделаешь?

Олег очень внимательно взвешивал каждое произнесенное слово и контролировал интонации. Тут важно не пережать, не довести беседу до точки невозврата. Просто если это произойдет и Марфа решит, что две жизни ведьм-недоучек — не такая и большая потеря, то добычей, которую он из этой ситуации выгадает, станут лишь две мертвые головы — красивые и абсолютно бесполезные. Которые, кстати, еще потом и утилизировать придется.

— Понимаю тебя, — помолчав, кивнула ведьма, — и вины с себя не снимаю. Я недосмотрела, не научила, не объяснила. Но ошибаются все. Ты же тоже вон умный да ученый, на коленки голые загляделся — да обо всем и забыл. А в результате нелепа вышла, в которой девка косу потеряла.

— Так себе сравнение, — усомнился Ровнин. — Где воровство и открытая угроза и где нормальные мужские рефлексы в общении с противоположным полом? Одно — явный перебор, другое — инстинкты, заложенные природой.