— Ты не смотри, что вид у него зашуганный. Вся окрестная контрабанда душевников и алхимических ингредиентов из органов тварей у него в кулаке. Но с крысами не работает. Потому и сидеть здесь позволяем. Гарнизону долю не малую отстёгивает. Заметь не коменданту или мне, а гарнизону.

— Да, ладно. Это ваши дела, — меня они не касаются.

Помолчали. Снова раздался тихий стук в дверь. Не дожидаясь приглашения, она открылась. Вошёл хозяин с подносом в руках, на котором стояли три больших глиняных кружки, исходящие ароматным паром. А следом за ним вошёл мужик, для разнообразия оказавшийся обычной комплекции, одетый словно местный лавочник. Глядя на него, становилось сразу понятно, почему его «Белым» прозвали. На голове топорщился короткий ёжик льняно-белых, словно выцветших под палящим светом Ауруса, волос. Белыми были и длинные густые ресницы, придающие его ярко-синим глазам, вид покрытых льдом озёр.

Все молчали, пока трактирщик расставлял чашки на столе, но когда он направился к двери, Крафт попросил:

— Подожди меня возле двери, мне с тобой пошептаться надо.

Трактирщик кивком подтвердил, что услышал.

— Здравствуй, Белый, бери стул, поговорить надо.

— И я тебя приветствую, начальник, — Белый говорил в немного развязанной манере, растягивая слова.

Услышав эти интонации, больше подходящие каторжникам, Харктос еле заметно поморщился, но тут же отметил, что Белый не упустил из виду его реакцию, но не подал вида, пододвинул стул к столу спинкой вперёд, и уселся на него верхом, всем своим видом демонстрируя недоверие двум, сидящим на диванах.

— О чём нам с тобой говорить, начальник? Я и моя ватага ничего не нарушала, за аренду арены уплачено на два месяца вперёд, а за постой так и сразу за три. Чисты мы перед законом.

— Белый, — невозмутимым тоном продолжил Крафт, — господин комендант передаёт свою просьбу выслушать вот этого господина. А если ты ему ещё и поможешь, он будет благодарен.

— Минуй нас пуще всех печалей и барский гнев, и барская любовь, — совсем другим тоном выдал бугор бродяг. — Хорошо, выслушаю, — помочь не обещаю.

— Вот и сладили, — поднимаясь с дивана, обрадовался начальник стражи и, подхватив кружку, направился к двери. — А сбитень пейте, — отличный сбитень. Другого такого во всей округе не делают.

— Попробуем, раз сам начохр рекомендует, — Белый подтянул к себе кружку, но пить не стал. — Слушаю тебя, уважаемый.

— Мне нужен проводник, а лучше два, в Ведьмину падь. Выход сразу же, как соберём фургон, то есть под завтрашнее утро. По оплате: десять золотых аванс, ещё двадцать по возвращении.