— Хрена-асе… — протянул удивлённый бродяга. — А чё сразу не к Огненному лабиринту? Пусть и подальше, но шансов дойти больше.
— Надо в Ведьмину падь и быстро, — невозмутимо ответил здоровяк, также не прикасаясь к кружке. — Очень быстро, желательно, мигом.
— Мигом, говоришь. Ты же имперский? Кто: рейнджер или крысодав? Нет? Да, ладно… Неужто?.. — тут пальцы правой руки Белого, лежащей на столе, принялись выписывать замысловатые знаки.
Не менее удивлённый Харктос тут же ответил подобными, не менее замысловатыми знаками левой рукой.
— Я в отставке, — пояснил бугор бродяг. — Уже давно. Очень давно. И вот теперь скажи, где гарантия, что нас в пустоши не оставите, после того, как дело сделаем? Какие гарантии?
— Слово?
— Сам знаешь, что сколько раз через него переступать приходилось… Клятва на пайцзе. А мы Сутью поклянёмся, что обо всём увиденном никогда и никому не расскажем.
— Вы?
— Если пойдём, то моя ватага в полном составе. Твоих сколько?
— Со мной шестеро…
— Дюжиной, может быть, и отобьёмся. Пойдём двумя фургонами. У нас свой. В вашем печка должна обязательно быть, — тогда без остановок почапаем. У местного кузнеца они точно должны быть, сам у него заказывал. По деньгам — тридцать золотых аванс, шестьдесят, как сделаем работу.
— Дорого!
— Только не говори, что тебе на это дело раза в три больше не выделили. Служба никогда на золото не скупилась.
— Так это когда было… Сейчас не те времена.
— Ой, не надо… Времена меняются, — а служба всё та же. Да… Если действительно махом надо, в Пересохший колодец заехать бы неплохо. Там погонщик один живёт. Он хоть и инвалид, но быстрее его никто до пади караван не доведёт.
Обговорили мелочи. Харктос, засунув руку в карман, достал из инвентаря пайцзу, — с виду невзрачную металлическую пластину, покрытую ржавчиной, скрывающей под собой выбитую вязь рун. Раскрыв ладонь, начал негромко произносить слова клятвы. Клятвы, которую не нарушит ни один агент тайной службы, какой бы приказ ни выдало ему начальство. Вспыхнувшие золотом руны подтвердили слова.
Глава 6
Чэч
Металлический звон, шкрябнувших о камень подков, направился в сторону моей ямы. За кем? Мной? Профом? Или обоими? На хрена? Опять на алтарь? Меня аж дрожь пробрала от воспоминания о пережитых ощущениях. И колени предательски подогнулись. А низ живота скрутил холодный ком, зарождающейся панической волны, — я не хочу снова на алтарь, не хочу чувствовать себя беспомощным и обречённо ждать своей участи!
«На хрена им это надо?» В голове разом пронеслись все байки Агееча о демонах и, показавшиеся сейчас ещё страшнее, намёки Якова о том, что вытворял с ним демон-некромант…