Разрешения на ввоз и продажу леса и нефти австрийцы моему представительству точно не дадут. Но сказать-то об этом надо.

Юлия Иосифовна перевела мою довольно-таки длинную фразу, а Раннер не спешил отвечать, словно бы ждал от меня еще каких-то слов. И дождался. Не выдержав паузы, я спросил:

— Спросите господина министра — а в чем интерес, выгода правительства Советской России, если мы предоставим такую скидку?

Раннер загадочно покивал, потом ответил.

— Статс-секретарь просил сообщить, что в случае, если Советская Россия предоставит подобную скидку, то Австрийская республика будет готова рассмотреть вопрос о дипломатическом признании Советской России.

Хорошо, что я человек довольно спокойный, а иначе бы расхохотался в лицо гражданина, похожего на Зигмунда Фрейда. Значит — мы предоставляем вам скидку, а вы подумаете — признавать нас или нет?

— Юлия Иосифовна, передайте господину министру, что Советская Россия очень рада, что ей предоставили возможность производить закупки товаров в Австрии. — Подождав перевод, продолжил: — Я, как торговый представитель Советской России был рад, что ему, то есть мне, предоставили аудиенцию. Это большая честь для меня. Но я не хочу отнимать время у господина статс-секретаря. Поэтому, еще раз спасибо.

Я уже хотел подняться, откланяться, хотя и не знал — можно ли посетителю это делать первым? Что там сказано о дипломатическом этикете? Но Раннер — это не коронованная особа. Так что, пошел он к черту, вместе со своим автомарксизмом, то есть, австромарксизмом.

Но просто так встать и выйти из кабинета не получилось. Раннер выдал еще одну длинную фразу и Соколова-Урусова с некоторым недоумением перевела:

— Господин Раннер предлагает подписать протокол о намерениях. Правительство Советской России предоставляет Австрийской республике скидку на нефть и лесоматериалы на тридцать процентов, а также компенсацию за использование нефтяных промыслов в районе Дрогобыча и Бориславля. В ответ оно готово признать юридическое существование Советской России.

А вот это уже интереснее. Теперь уже есть что предлагать Совнаркому. Но, опять-таки, в данном случае я могу лишь довести предложение Раннера до сведения товарищей Чичерина и Ленина, а вот протокол о намерениях подписывать не имею права. Этот документ может подписать… Ну, разве, что сам Владимир Ильич. А вот стоит ли дипломатическое признание Австрии тридцати процентов скидки на нефть и лес? Про зерно Раннер во второй раз вообще не упомянул. Как по мне — так я бы пожертвовал какими-то процентами, да и скидку бы сделал. Но никак не в тридцать процентов.