— От школьного можно?

— Нет. Только из нашего диспансера. Знаешь где это?

Я кивнул.

— Под площадью.

— Во-во. Завтра они работают. Назовёшь школу, скажешь «Золотая Шайба». Тебя проверят. Анализы мочи, кала возьми сразу и не кушай ничего, чтобы кровь сдать. Возьми с собой что-нибудь покушать: яйцо варёное, хлеб с маслом, термос с чаем, а лучше с какао. И через полчаса они тебя погоняют.

— Серьёзно, — проговорил я, озадачено крутя головой.

— А ты думал. Хоккей — спорт выносливых и крепких. Особенно крепкие сердцем. Да-а-а…

Он о чём-то задумался и проговорил:

— Сердце, кхм, пламенный мотор…

* * *

После тренировки пара пацанов поджидали меня возле шестьдесят шестой школы, мимо которого мне нужно было идти в сторону дома. Нужно? Я и шёл!

— Эй, ты, шкет! Иди ка сюда!

Возле школы имелась асфальтовая площадка, где проходили линейки и драки. По воскресеньям, когда в школе никого не было, кроме сторожихи. Сегодня было воскресенье, но площадка пустовала.

— Бить будете? — спросил я. — За что?

Мой тон и спокойствие удивили ребят.

— Заслужил! — сказал один и сплюнул.

— А то, что вам по пятнадцать лет, а мне десять, вас не смущает?

— Не а! — покрутил головой один.

— А то, что мы вместе играть должны против других? Мы же команда!

Тот же парень снова сплюнул.

— Сюда иди, кому говорят.

— А если я вас сейчас этой клюшкой отхерачу? — спросил я и продолжил всё так же спокойно. — Или конёк достану и пробью им вам бошки тупые? Мне ведь ничего не будет. Мне десять лет, а вам пятнадцать. Я если даже убью вас, мне ничего не будет.

— Ты, что, псих? — спросил второй пацан.

— Почему псих? Меня так папа учит. Младших бить нельзя, а те кто старше лезет, тех и убить не грех.

— Да он точно, долбанутый! — Сказал второй. — Ну его Багута. Он вон какой шустрый. И, гляди, как он клюшкой крутит! Как саблей.

Я, и впрямь, крутил клюшкой восьмёрки и делал короткие «обезьяньи» прыжки.

— Да-а-а… Он, — точно псих, — согласился Багута.

Фамилию я эту слышал от таких же пацанов, как и я. Он авторитетом, так сказать, считался у малолеток. Хе-хе…

— Так вот ты какой, северный олень, — подумал я, но сказал. — жаль, что вы меня не правильно поняли, пацаны. Готов забыть, что вы меня хотели отбуцкать.

— Придурок, — второй покрутил пальцем у виска. — На площадке пощады не жди.

— Ха! Тогда и вы не обижайтесь. Я угрозу услышал и буду очень внимателен.

— Пошли, Сань, — сказал Багута. — Потом его прижмём, когда он на коньках будет.

Я вздохнул, а они ушли куда-то за школу. Наверное, покурить.

* * *

Назавтра я сделал так, как мне говорил тренер и прошёл диспансеризацию на раз, два, три, четыре. И она оказалась, да, серьёзней, чем та, что мы тут же проходили перед соревнованиями, будучи самбистами. Тут был «велотренажёр» и электрокардиограмма. У меня всё оказалось «в норме».