Глава 8
На «чаепитии», посвящённом наступлению Нового 1970 Года, мы действительно пили чай с конфетами и пирожными, танцевали детские танцы и водили хоровод вокруг маленькой ёлочки выставленной в фойе. Чай разные классы пили по разным кабинетам, а танцевали сообща.
Я был «Портосом» из «трёх мушкетёров». У меня была, сшитая мамой, шляпа, плащ-накидка, деревянная шпага без ножен и усы с, нарисованные маминым чёрным карандашом для бровей. Бороду я рисовать не стал. Очень смешно смотрелся я с усами и бородой, а просто с усами не очень смешно. Ха-ха-ха…
Снова было весело. Учителя постарались и так загрузили нас конкурсами, что вечер пролетел незаметно. А вечером в спортзале школы состоялся вечер для старшеклассников. Уже, как и, было положено в эти времена, с настоящим «живым» вокально-инструментальным ансамблем.
Маму, как классного руководителя десятого «вэ» класса, заставили присутствовать и «обеспечивать порядок». А значит, в школе остался и я. Отец на работе заканчивал «аврал», и я решил сопроводить маму до дома. Не хотел, чтобы она поздно возвращалась домой одна. Лестницы плохо чищены и круты, хоть и с перилами. Заодно хотелось посмотреть, как веселятся сейчас старшеклассники и послушать, как сыграет школьный ансамбль, «а ля Битлы», которые ещё не распались, кстати, и были жутко популярны среди советской молодёжи. Как и запрещённые «Ролинги», то есть — группа Мика Джагера «Роллинг стоун».
В СССР уже выпускались пластинки с песнями Битлз: «Gir’l, 'With a little help from my friend», «Panny Lane», «When I’m 64», «Lovely Rita», «Here comes the sun», «Because» и попурри из песен альбома «Abbey Road». Поэтому наши музыканты смело репетировали и эти песни, и некоторые другие, такие же, хм, «безопасные». Переводчики текстов не требовались. Старшеклассники школы с углубленным изучением английского языка сами вполне себе справлялись с пониманием песенного смысла.
Мы, хоккеисты, часто тренировались в спортивном зале во время репетиций и выучили их репертуар, как «Отче наш…» А мне было понятно, что участники ансамбля не довольны своим барабанщиком, не учеником нашей школы, а «приходящим». У парня не было безупречного чувства ритма. Он постоянно съезжал на «синкопы» и то догонял всех, то замедлялся. Особенно в зарубежных песнях. В наших-то, что за ритм? Раз-два-три-четыре… Раз-два-три-четыре… Песню запе-вай!
Вот, что пели в это время: «Романтики-мечтатели», «Сердце моё стучать не устало», «Так уж случается, если влюбляются», «Что-то случилось», «Прошлая осень», «Ходит где-то по свету», «Не отправленное письмо», «Что-то случилось вдруг», 'О чём плачут гитары!…[1]