Танька Субботина оказалась забавной девчонкой. Её болезнь приучила её всего остерегаться, но и радоваться каждому дню жизни. Она, оказывается, с младенчества воспитывалась дома и даже в первый класс не ходила, а училась дома. От физкультуры её освободили, но она сама стала потихоньку на неё ходить, а физрук «прохлопал эту тему ушами». Мало ли у кого из детей освобождения от занятий. Да он и не грузил нас черезчур. Особенно девчонок. А тут вон оно что. Просто в списках у него н а против фамилий, я знал, имелись пометки: сердце, почки, желудок, кровь. Нет, не только про наш класс речь. У нас освобождённая от физры была только Танька. Вот ей и было стыдно отрываться от коллектива.

Физрук потом, на следующий день, нашёл меня и спросил:

— Это ты, что ли наколдовал?

— Что наколдовал? — переспросил я.

— Ну… Кровь заговорил?

— Ну, я, и что? — спросил я.

Скрываться мне уже не было резона.

Физрук просто пожал мне руку.

— У нас в институте тоже такой знахарь был. Но он только у себя мог. Спасибо тебе. Меня бы точно посадили, если бы она, кхм… Ну, ты понял.

— Понял, — сказал я.

Потом ко мне подходил наш Виталий Петрович и молча похлопал меня по плечу и тоже пожал мне руку. Молча, прикиньте⁈ Похлопал, пожал и ушёл, ха-ха…

Как-то в один из дней туманного промозглого июня тысяча девятьсот семьдесят первого года, когда мы катали грязный мяч по школьному стадиону — я, кстати, играл полевым нападающим — меня окликнул по имени немолодой человек спортивной наружности. Он долго сидел на скамеечке невысокой трибуны, и во время перерыва, когда я давал очередные наставления обеим командам, крикнул:

— Семёнов! Павел!

Я обернулся. Давно заметив его и ещё одного рядом с ним, я четко догадался, что этот — главный.

— Можешь подойти?

Я подошёл.

— Здравствуй, Павел. Ты и в поле играешь? Не только на воротах? И сам тренируешь? — спросил незнакомец. — Неплохо у вас получается. Очень грамотная игра.

Я вопросительно посмотрел на него.

— Извините, я вас не знаю. Кто вы и с какой целью интересуетесь?

— Меня зовут Виктор Александрович Чистохвалов. Я тренер футбольной детско-юношеской спортивной школы ЦСКА. Знаешь про такую?

Я покрутил головой, хотя прекрасно знал, что в прошлом, семидесятом году, группа подготовки при команде мастеров ЦСКА была реорганизована в ДЮСШ ЦСКА. Детская команда ЦСКА уже в том году не участвовала в турнире «Кожаный мяч», перейдя, хе-хе, в «профессионалы». И знал, естественно, что Пономарёв ещё в том году ходил к Чистохвалову и обращал внимание на меня. Знал я и то, что Виктор Александрович присутствовал на нашем матче с «Динамо».