За разговором Максим увлек Соню с прямой дороги ближе к пристани, и девичьим глазам открылась обширная бухта. Ее гладкий простор вольно дышал под солнцем — сопки, хоть и смутно, отражались в разливе вод. Чайки кружили под тоскливые выкрики, то касаясь гребешков волн, то взмывая в бездонную синь.

— Красиво как! — выдохнула София.

— А то! — подбоченился «молчел», как будто это он сотворил залив. — Главное, что не замерзает! Во-он там — торговый порт, а здесь — мы.

У пирсов недвижно почивали громадные крейсера — никакие волны не могли раскачать тяжелые «Орланы».

— Ого! Ничего себе! — восхитилась Соня, махнув сумочкой в сторону рейда. — А тот еще больше! Или мне только кажется?

— Не, — мотнул головой Максим, — взаправду! Это БАЗРК «Памир», разведчик. Проект «Титан»! Видишь, по надстройке — здоровенные белые сферы? В них — антенны. Таких кораблей всего три — этот здесь, «Урал» во Владике, а «Кавказ» — в Севастополе. И это ты еще авианосцы не застала! «Харьков» сейчас в Камрани, а «Тбилиси»… Должен скоро подойти к Никарагуанскому каналу…

— А ты на каком? — девушка легко и просто переняла обращение спутника, нечаянно соскользнувшего на «ты». Ветер шаловливо встрепал ее прическу, и Соня, жмурясь, пальцами отмахнула прядь, лишь теперь уловив пристальный взгляд Максима.

— Я? — забормотал лейтенант, словно только что бродил душою где-то очень далеко, и покраснел. Даже уши, не прикрытые фуражкой, зарделись. — Да я… А вон, отсюда видно!

Большого опыта общения с противоположным полом у Сони не было, но состояние Максима она уловила врожденным женским инстинктом — и возгордилась.

— Мой УДК, — забормотал храбрый военмор, поводя рукой в сторону огромной серо-синей махины, что высилась рукотворным стальным утесом. — Универсальный десантный корабль «Владивосток»! Видишь, у него нос не острый, а как бы срезанный — там, выше, взлетная палуба. Семь ударных Ка-52К «Катран», двенадцать десантных конвертопланов «Ми-30К»… э-э… сами конструкторы говорят: «винтопланы»… И больше эскадрильи «вертикалок».

— «Як-141»? — блеснула эрудицией Соня.

— Не, у нас поновее стоят — «двести первые». Боевой радиус под тыщу километров, и сверхзвук… А внизу, на палубах — восемь десантных катеров на воздушной подушке и сорок БТР… мы их «водоплавающими» зовем…

Максим всё еще хвалился своим кораблем, но было заметно, что прежний задор в нем угас.

— Пойдем-те, наверное, в штаб… — забормотал он, отводя глаза. — А то, смотрю, заговорил вас совсем…

— Мы опять на «вы»? — изобразила Соня огорчение.

— Я… Нет! — встрепенулся лейтенант, мучительно краснея.