— Моё почтение, господа! Я желаю принять участие в гонках.
К нему обернулись все, кто там сидел, — человек пятнадцать. Послышались пренебрежительные смешки.
— Ишь ты! Ещё один.
— Давненько мы не видели неофитов…
— О, да! Давненько. Почитай, целую неделю.
Парень, сидящий ближе всех ко мне, франт лет двадцати пяти в костюме для верховой езды, поднёс к глазам лорнет и внимательно оглядел меня с головы до ног.
— Гонки — не ярмарочная карусель, юноша, — снисходительно проговорил он. — А автомобили — не деревянные лошадки. Это небезопасно. Вы подумали, что станется с вашей несчастной матушкой, если вы разобьётесь?
— Я сирота, — отрезал я. — А даже если бы это было не так, вас моя личная жизнь уж точно не касается. Так что же? Есть желающие остаться позади?
За столом снова раздался смех.
— Юноша. Мы здесь не в лапту играем, — ещё более снисходительно сказал франт. — Если угодно знать, наше сообщество образует нечто вроде клуба. Закрытого клуба, — последние слова он выделил голосом.
— Понял, — кивнул я. — И сколько составляет вступительный взнос?
— Первоначальный — тысяча рублей.
При этих словах все пятнадцать человек за столом уставились на меня с неподдельным любопытством в ожидании реакции.
В моём лице стараниями Захребетника не дрогнул ни один мускул. Хотя сам я мысленно подпрыгнул до потолка. Несмотря на то, что с некоторых пор я стал человеком вполне обеспеченным, мысль о том, чтобы тратить такие деньги на забаву, показалась верхом идиотизма. Но правила игры требовали сохранить лицо.
— Что ж, ваш клуб — ваши правила, — пожал плечами я. — Тысяча так тысяча. Надеюсь, вы принимаете банковские чеки?
Я полез в карман за бумажником.
— Постойте, юноша. Это ещё не всё, — поднял руку франт. — Право на то, чтобы вступить в клуб, надо заслужить.
— Каким образом? Надеюсь, мне не придётся бегать по университетским коридорам, будучи одетым в один только флаг студенческого братства?
Это я припомнил правила приёма в закрытый клуб своего университета.
За столом засмеялись.
— О, нет. Вы всего лишь должны выдержать квалификационный заезд. То бишь продемонстрировать возможности своего автомобиля и своё мастерство как гонщика. Быть может, вам только кажется, что вы способны принимать участие в гонках, — разъяснил франт.
Ух, парень! Если бы ты знал, как ты прав.
Я-то, в отличие от Захребетника, убеждён в прямо противоположном: последнее, чем хочу заниматься в жизни, это участие в гонках. Но только кто ж меня спрашивает?
— Извольте, — кивнул я.
Сидящие за столом переглянулись.
— Езжай ты, Серж, — бросил франту пухлощёкий парень с залысинами. — Ты проиграл мне пари. Считай это моим желанием.