Надо отвечать.
— Мы не местные, артисты. Так, кажется, нас называют в Лондоне. Знакомимся с людьми и уговариваем их подарить нам частичку их богатства.
— Мошенники, — решил блеснуть красивым словом Рваный. — Ваша братия нечасто к нам заходит и уж тем более не любит делиться добычей. Кто вы и чего хотите?
Аблемарл демонстративно окинул взглядом себя и своего спутника.
— Меня можете звать Ричард, а это, — он кивнул в сторону спутника, — мой слуга, Поль. Другие имена, думаю, вам ничего не скажут, мы не стремимся к известности. Хотим переодеться и пожить здесь пару недель. Нам нужно убежище. Одна знакомая сказала, что Рваный не откажет в приюте и не потребует слишком многого.
— Какая знакомая?
— Ее зовут Элис, — ответил уже де Сент-Пуант. — Думаю, таких здесь не много.
— Элька, воровка? — Рваный задумался. — Знаю ее.
И, повернувшись к стоявшему рядом Плющу, продолжил:
— Найди им одежду, заодно посмотрим, насколько наши новые друзья способны заплатить за помощь. Потом приведешь ко мне Инку.
— Она может и отказаться… — Плющ с сомнением посмотрел на главаря.
— Ничего, согласится. Это же она пригласила к нам гостей, пусть теперь расскажет, кто к нам пожаловал. И вы, господа, приходите. Часа через два. Часы, я вижу, у вас имеются.
Вскоре оба партнера щеголяли в одеждах чистых, но откровенно бедных, с которыми абсолютно не сочеталось оружие. Так могли одеться на работу портовые грузчики или рабочие крупной фабрики, но уж точно не благородные господа, которым и дозволительно только носить длинные шпаги на городских улицах. Правда беззубая старуха, продавшая по драконовской цене новые, с позволения сказать, костюмы, клятвенно обещала старые отстирать и вернуть «лучше, чем было», но судя по гнусной ухмылке, выполнять обещанное не собиралась абсолютно.
И то сказать, по местным понятиям, не обмануть чужака — грех непростительный, прямой дорогой ведущий честных босяков в неминуемый босяцкий ад.
При этом как-то так получалось, что де Сент-Пуант и Аблемарл ни на мгновение не оставались одни. Рядом постоянно оказывались то случайный прохожий, которому именно здесь потребовалось перемотать портянки или просто погреться на солнышке, то мальчишки, затевавшие нехитрые игры. И сложно было понять, что больше интересовало наблюдателей — люди или их тощие кошельки. Ясно было одно — не будь гости вооружены, никакой приказ никакого Рваного не спас бы их от грабежа.
Однако клинки были длинными, а их хозяева выглядели умелыми бойцами, уже подтвердившими активное нежелание добровольно расставаться с деньгами.