С ума сойти! Вот оторва! За такое святотатство на корабле моряки и за борт выкинуть могут. Но спасла, ничего не скажешь.

— Иди оденься. Иначе рискуем вообще никуда не доехать — команда, любуясь на тебя, не удержится на реях, попадает и расшибется к чертовой матери. А капитан свернет себе шею, разрываясь между твоей красотой и компасом. Будет у нас корабль, полный мертвецов и калек, эдакий «Летучий Полудатчанин».

Нарочито сжатые губы девушки искривились, словно задорная улыбка рвалась наружу, с трудом, но пробивая напускную суровость. И, чтобы сдержать ее, не дать ей превратиться в веселый смех, Элис просто сунула в руки юноши факел, получше завернулась в одеяло и умчалась к каюте, звонко шлепая по палубе босыми ногами.

Де Сент-Пуант проводил ее восхищенным взглядом, мечтательно хмыкнул и сел на освободившийся ящик — все должны видеть, что угроза поджечь корабль остается реальной до тех пор, пока пассажиры не сойдут на галлийский берег.

Корабль продолжал лавировать. Звучали хриплые команды, хлопали паруса, гудел струной натянутый такелаж. «Лютик» менял галсы, подставляя свежему ветру то одну, то другую скулу, так что путешественникам оставалось лишь следить, чтобы сохранялось движение в основном в сторону юга. На зюйд, как говорили моряки.

Вначале ориентировались по Северной звезде, после рассвета — по солнцу. Но точное место, где впервые вдали показался дрожащий в морском воздухе берег, знал только капитан. Он спустился на шкафут к ожидавшим конца плавания пассажирам, один из которых как раз разжигал новый факел — доверять морякам никто не собирался.

— Сейчас мы восточнее Кале, почти на границе с кастильской Фландрией. Как я сказал, порт для меня закрыт, но берег в этих местах удобный, шлюпка без проблем доставит вас к нему, а там по наезженной дороге… не успеет солнце зайти за горизонт, как вы будете в городе.

Молодые люди устало улыбнулись, радуясь окончанию злосчастного путешествия. Но Аблемарл остался серьезен.

— Мне не нравятся пушки твоего корабля. Да и ваши мушкеты все еще в состоянии стрелять.

— Но, господа, не думаете же вы…

— Именно это мы и думаем. Так что придется тебе вспомнить молодость и самому сесть за весла.

— А… э…

— Ты же не возражаешь? — поинтересовался граф и поднял пистолет, направив его в капитанский живот.

— Ну…

Щелкнул взводимый курок.

— Шлюпку правого борта на воду! Джимми и Дик, пойдете гребцами, я на руле!

Просто удивительно, насколько всего один щелчок способен сократить дискуссию.

«Лютик» не дошел до берега каких-то трех кабельтовых, по крайней мере, именно так сказал кто-то из моряков. И встал на якорь. Гребцы спустились в шлюпку, а капитан, стоя у входного порта, приглашающе взмахнул рукой, указывая на свисающую с борта веревочную лестницу, нижний конец которой прочно удерживал один из матросов.