Так-то «стопному» ничего не будет, но все же, все же… Да нет, целый.

«И что теперь делать?» — Стоял я над телами. — «Звонить в полицию?»

«Але, полиция? Я избил двух очень подозрительных полицейских, срочно приезжайте! Это шпионы — у них удостоверение без обложки!»

Все логические выводы вдруг показались неубедительными и блеклыми. А перспектива получить отбитые почки или заехать в психушку — смотря кто приедет первым — очень даже реалистичной.

«Убираться отсюда надо. Если это диверсанты — то операцию я им сорвал. Если настоящие менты — ну, извините…» — Почесал я затылок.

Горели огнем в кармане изъятые деньги. Но если верну — это ж, получается, профинансирую планы врага… А не верну — отягчающее обстоятельство.

И тут аж отпустило, даже улыбка появилась — вспомнил, к кому можно обратиться со всей этой бедой. Майор Эффа Сойер — так записали вчера новую знакомую в отеле.

Пусть озадачивает соответствующие службы или придумает, как замириться с постовыми — звания и влияния у нее должно хватить.

Если, конечно, она все еще хочет участвовать в соревнованиях.

Я сфотографировал лица поверженных и их удостоверения, чтобы не полагаться на память, и, прихватив кота, бодро отправился на улицу.

Ведь нет ничего лучше, чем сделать свои проблемы — чужими.

* * *

Окна потрепанного офисного помещения выходили в узкий переулок, упираясь в фасад столь же ветхого четырехэтажного домовладения. Обе постройки принадлежали государству, обеих ожидал ремонт и реконструкция — на уровне первого этажа уже собирали строительные леса, а по лестницам бегал взъерошенный управляющий, напоминающий, что пора бы уже съехать — уведомление ведь направлено почти полгода назад.

Только по вечерам все еще горел свет в окнах — что тут, что по другую сторону переулка. Изо дня в день ничего не менялось, и тон управляющего, некогда требовательный, уже давно сменился упрашивающе-безнадежным.

Так уж вышло, что обе постройки занимали организации некоммерческие, но очень уважаемые — ветеранские, пенсионные, клубы по интересам для людей заслуженных и при больших наградах. Таким электричество не вырубишь, воду не обрежешь, замки на двери не повесишь — такой скандал поднимется, такая волна по газетам пойдет, что работы остановят немедленно, а контракты на реконструкцию окажутся под большим вопросом.

Их уговаривали переехать — эти самые объединения и клубы — предлагали другие помещения, да только не хотят. Альтернативы на окраинах и в пригороде им не нравятся, а в обещания, что после ремонта здания им позволят вернуться — они не верили. И правильно делали.