Но если ты осознаешь, что эти семь часов могут стать твоими последними, то они пролетают, как один миг.

На Эпсилон-Центре я был в розыске. На Эпсилон-Центре находилась местная штаб-квартира «наследников», которые явно были не прочь со мной пообщаться. А если им удастся отследить мой путь и сложить два и два, то в конце концов они поймут мою причастность к рейду Кочевников, и тогда за мной будут охотиться все спецслужбы Содружества.

Оставалось только надеяться, что они не сообразят. Или сообразят, но слишком поздно.

И еще все эти семь часов я думал о том, что натворил, отчего сделался мрачен, печален и меланхоличен.

Сам того не ведая, я стал причиной смерти огромного числа людей. Конечно, убивали их Кочевники, ведомые только им известными мотивами и воплощающие в жизнь планы имперской разведки, но как я ни пытался убедить себя, что я вообще тут ни при чем, у меня это не получалось.

Я не знал.

Меня использовали.

Можно ли винить молоток за то, что в приступе ярости один человек проломил им голову другому?

Это было совершенно нерационально, но меня все равно не покидало чувство вины. Имперская разведка сделала из меня средство доставки. Разносчика чумы, который сошел с корабля и уже одним этим действием, сам того не подозревая, принес в портовый город чуму.

А потом эта чума вырвалась за пределы города и прошлась по всему континенту.

Чума Эпсилона…

Что ж, наверное, это вполне закономерный итог моего «свободного плавания». Созданный для того, чтобы убивать, вряд ли может рассчитывать на что-то другое.

Я постарался выбросить эти мысли из головы. Как говорил Трехглазый Джо, рано или поздно, но вы облажаетесь. Подумайте об этом, задайте себе вопрос, в какой момент что-то пошло не так, сделайте правильные выводы и идите дальше. Жизнь на этом не заканчивается, и нет никакого смысла бесконечно переживать прошлые поражения.

Наверное, это был мудрый совет, но, чтобы ему последовать, семи с половиной часов мне все-таки не хватило. А когда они истекли, мы приблизились к столичной планете системы.

Хорошая новость заключалась в том, что рейд Кочевников планета пережила. Но краем ее все-таки зацепили, Генри показал мне пробитые в ее орбитальной обороне бреши. Возможно, Кочевники даже сумели зацепить что-то на ее поверхности, но нанести критических повреждений не смогли.

Впрочем, у них и на Эпсилоне-4 это не особенно получилось.

А плохая новость…

— Нас вызывают, кэп, — доложил Генри. — И сигнал идет не от сети орбитальных спутников. Ответа требует военный корабль. И, кстати, если тебе интересно, мы уже у него под прицелом.