Модульный ремонт, как правило, много времени не требует.

Но в данной ситуации подобная компоновка означала, что мне придется выйти наружу. Туда, где нет пригодной для дыхания атмосферы, температура сильно ниже ноля и висит целое облако потенциально радиоактивной пыли.

А значит, мне потребуется защитный костюм. Было бы здорово, если хотя бы один из пяти оказался рабочим.

Из-за той самой потенциально радиоактивной пыли видимость вокруг снизилась почти до нуля, и я не смог определить точное направление остатков третьей ударной волны. Мне показалось, что она шла откуда-то спереди, но, возможно, подсознательно ожидая худшего варианта, я это просто нафантазировал. В любом случае, возможность маневрировать у меня отсутствовала, и я мог двигаться только вперёд.

Туда, куда проложен рельс.

Пассажиры притихли. То ли в ожидании следующего прилета, а то ли момента, когда рассосется пыль. Я подумал, что пассажиры мне мешают. Без них мне было бы гораздо проще.

По моим прикидкам выходило, что рейд Кочевников уже закончен, и сейчас они убираются из локального пространства Эпсиолна-4, а значит, уже можно начинать действовать. Я встал со своего места и двинулся к началу вагона, где располагался шкаф с защитными костюмами. Но пятеро техников, или кем они там были, возвращающихся с вахты, сидели ближе, и к тому моменту, когда я преодолел половину необходимого расстояния, они уже открыли шкаф и рылись в его содержимом.

Один из них преградил мне путь.

— Сядь на место, — посоветовал он.

— У меня такое же право стоять в проходе, как и у тебя, — заметил я.

— Если ты еще не заметил, на планете чрезвычайное положение, — сказал он. — Все права временно отменены, в том числе и твои. Сядь на место.

— Зачем вам костюмы? — спросил я.

— Мы не собираемся здесь подыхать, — сказал он. — Мы уже почти в городе. Доберемся туда и вызовем вам помощь.

Черта с два они вызовут. Уверен, у них и в мыслях такого нет. И даже если в Новых Надеждах остались те, кто способен оказывать помощь, у них там уже очередь из заявок должна быть.

Это не говоря уже о том, что никуда они не доберутся.

— До города сто километров, — сказал я, слегка округлив цифру. — За бортом минус двадцать семь, и падает. Через несколько часов будет минут шестьдесят, костюмы не рассчитаны на длительное пребывание в таких условиях. Вы умрете в пути.

— Тебе-то что за печаль?

— Я хочу перепрограммировать управляющий блок, — сказал я. — Он находится снаружи, и я смогу это сделать до того, как замерзну насмерть.

— Отвали, парень, — сказал он. — Это невозможно. У тебя даже оборудования с собой нет.