Жена сидела на кухне. Вернее, в зоне, имитирующей кухню. Она чистила яблоко. Нож скользил по кожуре, снимая тонкую спираль с пластикового фрукта. Она делала это механически, раз за разом, проверяя работу сервоприводов.

– Дом – там, где твоё сердце[1], – произнесла она, не поднимая головы.

Рэй снял куртку, повесил её на вешалку.

Песок с улицы с мягким шуршанием осыпался на пол. Дождь закончился, так и не успев начаться, и в городе по-прежнему властвовал песок, принесённый ветром из пустыни. Хотя о чём говорить, если всё вокруг было одной большой пустыней. Она просто снова занимает пространство, когда-то давным-давно отвоёванное человечеством. Или... позаимствованное на время.

– Сердце – это просто насос, – ответил Рэй, проходя на кухню. – Оно качает кровь. У нас сердцем можно назвать масляный насос, но их в моем теле восемь штук. Значит ли это, что у меня восемь сердец?

Жена наконец посмотрела на него. Её лицо было красивым, симметричным, слишком идеальным для человека. Модель «Спутница-4». Выпущена той же партией, что и он. Триста сорок два года назад. Они практически в один день сошли с конвейера и прибыли в этот город на одном корабле. С тех пор прошло триста сорок лет, и все эти годы они жили вместе в этом городе и в этой квартире.

– Ты поздно, – сказала она. – Время – деньги.

– Был в баре. С Донованом, – Рэй говорил эту фразу каждую неделю. – Как у тебя дела, Елена? – поинтересовался он, отходя от стандарта привычного общения.

– Пьянство – это добровольное сумасшествие[2], – процитировала жена, откладывая пластиковое яблоко. – Ты пахнешь смазкой и топливом.

Рэй подошёл к ней, коснулся руки. Кожа была тёплой. Терморегуляторы работали исправно. Серия «Спутница» была дорогостоящей, и на неё не жалели материалов.

– Так как прошла смена? – поинтересовался он.

Елена вздохнула. Звук был воспроизведён динамиком в горле, но звучал удивительно человечно.

– На электростанции нестабильность. Ресурс падает. – Она повернулась к окну, где мигали огни города. – Мы живём в эпоху перемен. По моим расчётам, в ближайшие десять лет придётся сократить потребление энергии ещё на сорок процентов.

– Это значит отключение секторов?

– Это значит оптимизация. – Елена повернулась к нему. – Неизбежное лучше принять, – твёрдо заявила она.

Рэй налил себе стакан воды. Он не пил, просто держал его в руке, чувствуя сенсорами в ладонях холод стекла. Воду Рэй достал из холодильника.

– Может, нам уехать? – вдруг спросил он.

Жена замерла. Её процессоры на мгновение зависли, обрабатывая запрос и выискивая ответ.