Серебряная маска провел нас по узкому коридору, стены которого были отделаны черным бархатом с вытканными золотыми узорами — переплетающимися телами, стилизованными под древние фрески. Воздух здесь был прохладнее, но не менее плотным.

Ярана шла рядом, ее обнаженное тело покрылось мурашками от холода.

— Расслабься, — прошептал я, — здесь никто не нападет. По крайней мере, не первым.

Она ответила лишь еле заметным наклоном головы, напряжение в ее плечах не спало.

Дверь в аукционный зал была неожиданно скромной — простой дуб, укрепленный стальными пластинами. Но когда слуга приложил к ней ладонь, я заметил движение маны — еще один замок, который невозможно было вскрыть без особых навыков.

Зал встретил нас волной теплого воздуха и гулким эхом голоса аукциониста:

— Триста тысяч от господина Ворона! Раз… Два…

На сцене, освещенной мягким золотистым светом артефактных ламп, стояла картина в тяжелой позолоченной раме. Даже с расстояния я узнал манеру известного новомодного художника Гелланира — эти плавные мазки, этот особый оттенок кожи, который никто не мог повторить.

— Этот зал только для торгов, — прошептал слуга. — Любые… физические контакты строго запрещены.

Его взгляд скользнул по моим золотым татуировкам, на мгновение задержавшись на груди, затем перешел к Яране. Не вожделение, а холодная оценка — как мясник взвешивает тушу.

Когда он исчез в темноте коридора, Ярана резко развернулась ко мне:

— Ты планировал это с самого начала? Привел меня голой на аукцион краденого искусства?

На сцене аукционист в маске сфинкса поднял резную палочку из черного дерева:

— Триста десять тысяч от госпожи Феникс! Есть больше?

В первом ряду мужчина в маске ягуара небрежно поднял табличку. Его тело было покрыто шрамами — явно боевыми, а не декоративными. Настоящий воин, а не просто богач.

— Триста двадцать! — голос аукциониста дрогнул от наигранного возбуждения. — Следующий лот — рабыня из диких Руин Необъятного Леса! Обратите внимание на рост и мускулатуру! Возможно, это не всем понравится, но, я уверен, ее особый шарм найдет своего ценителя!

Я оглядел зал. Около пятидесяти человек, все обнаженные, все в масках, но атмосферой секса главного зала тут даже не пахло.

— Пойдем туда, — я указал на места в углу, подальше от остальных людей, чтобы можно было свободнее общаться.

Бархат кресла холодил голую спину, впитывая капли пота, стекавшие между лопатками. Я растянулся поудобнее, закинув ноги на спинку впереди стоящего кресла.

Ярана села рядом, ее поза кричала о дискомфорте — спина неестественно прямая, пальцы впились в подлокотники так, что ногти оставляли вмятины на черной коже.