В проёме появилась секретарша, сжимая планшет.

— Шон, мистер Айкан интересуется, сможете ли вы встретиться с ним сегодня вечером.

Наживка сработала.

* * *

Место встречи с Айканом оказалось старинным заведением под названием «Русский чайный дом». Уже с порога оно поражало пышностью и тем особенным налётом времени, который не подделаешь никаким дизайнерским ремейком. Всё здесь дышало эпохой, когда блеск золота считался мерилом вкуса, а богатство выражалось не в лаконичности, а в тяжести и сиянии.

Под высоким потолком сверкала хрустальная люстра, словно замершая гроздь ледяных капель. Её свет дробился на тысячи бликов, скользящих по позолоченным рамам зеркал и густым бархатным драпировкам. В воздухе стоял аромат дорогого дерева, смешанный с лёгкими нотками старого вина и полированной кожи. Красный и золотой здесь спорили между собой за право быть главным — и оба выигрывали.

Широкие кресла, обитые тёмной кожей, будто впитывали в себя голоса десятков прошедших лет. Стоило опуститься в одно из них — и казалось, что время слегка замедляется. Всё в этом месте было торжественно, даже немного чересчур.

Всё выглядело роскошно, но не по-современному. Это был не вкус эпохи, а её тень. Не обновлённое наследие, а музей, в котором хранится не стиль, а воспоминание о нём.

И всё это, конечно, подходило человеку, который родился почти восемь десятилетий назад. Семьдесят восемь — не возраст для усталости, но вполне для того, чтобы вкусы застыли где-то между минувшими десятилетиями. Айкан, хоть и младше Киссинджера, казался ещё старше его — по жестам, интонациям, выбору слов.

— Прошу сюда. Ваш спутник ещё не прибыл, — произнёс официант с лёгким поклоном.

Небольшой отдельный кабинет, тихий, с мягким светом лампы под абажуром. Внутри пахло кожей, перцем и чуть сладковатым парфюмом дорогих сигар. Пока Айкан не пришёл, можно было мысленно пройтись по предстоящему разговору.

Цель проста — заключить союз. На деле же — создать совместный фонд и через него получить место в совете директоров. Но всё упиралось в одно: Айкан не из тех, кто охотно делится властью. Даже союз с ним требовал от партнёра готовности играть по его правилам.

Дверь распахнулась тихо, будто сама пропустила гостя. Ровно в половину седьмого, как и было условлено, появился Айкан — невысокий, но с тяжёлым, почти ощутимым присутствием.

— Долго ждал? — спросил он с сухой вежливостью.

— Пришёл немного раньше.

— В молодости тоже любил приходить раньше времени, — отозвался тот с лёгкой усмешкой и опустился в кресло напротив.

Старомодная манера держаться сквозила во всём — от движений до взглядов. Он даже не взглянул в меню, лишь бросил короткое: