— Вот поэтому и нужен собственный самолёт… — выдохнул кто-то устало.

Собственный — не значит роскошь, а свобода от бесконечных согласований. Но пока приходилось мириться с обстоятельствами.

Телефон зазвенел. Голос на другом конце звучал осторожно:

— Иногда важнее денег только одно — время.

И в этих словах, произнесённых с лёгкой хрипотцой, было всё оправдание, какое только могло понадобиться.

Полет должен был занять немного больше шести часов — сущие пустяки. Но смысл был не в длительности пути. В первом классе невозможно провести полноценное стратегическое совещание: тесно, шумно, чужие взгляды мешают сосредоточиться. А вот на борту частного самолёта — другое дело. Шесть часов непрерывной работы, без посторонних ушей и без суеты.

Решение арендовать частный самолёт пришло мгновенно — поездку ведь готовили впопыхах, времени на раскачку не было. Эффективность — вот что имело значение. Нужна была тишина, пространство, где можно говорить вслух, спорить, строить планы.

Так впервые пришлось ступить на борт частного джета. Не своего, конечно, — арендованного. И даже не знаменитого «Гольфстрима», а более скромного десятиместного самолёта среднего класса.

Но всё равно…

— Это совершенно другой уровень, — вырвалось, когда самолёт мягко скользнул по взлётной полосе.

Путь начинался не из шумного Ньюарка, а из уютного Тетерборо — там не было ни длинных очередей, ни дотошных проверок, ни раздражающего гула голосов. Пятнадцать минут от машины до кресла — и всё, в воздухе. После этого даже первый класс показался вчерашним днём.

— Вполне неплохо, — пробормотал Сергей, осматривая салон.

Вместо скучных рядов кресел — просторный отсек: с одной стороны — стол для переговоров, с другой — мягкие кожаные диваны, в которые приятно утонуть. Свет приглушённый, запах свежей кожи и лёгких духов стюардессы смешивался с еле слышным гулом двигателей.

— Когда подать ужин, сэр? — спросила она с вежливой улыбкой.

— Через час.

Никаких подносиков с невнятной едой, как в обычных авиалиниях. Меню выбиралось заранее, время подачи — по желанию. Всё под контролем.

И под нос тихо напевалась какая-то мелодия — от удовольствия.

Как только самолёт набрал высоту, на стол легли документы. Вместе с Сергеем в полёт отправились Добби и Лоран.

— Ну что, — произнёс Сергей, поднимая взгляд, — что удалось выяснить?

Задание было простое — узнать всё возможное о директоре компании «Аллерган», некоем Беккете. Любая мелочь могла оказаться решающей.

— Человек исключительных способностей, — начал Лоран. — При нём доходы компании выросли с десяти до семидесяти миллиардов. Именно он превратил ботокс в мировой бренд. Внутри фирмы его уважают безмерно — сотрудники, совет, акционеры. Можно сказать, он и есть сама компания.