Луиджи бросил сумки на землю и крепко прижал к себе Мелиссу. Девушка удивилась, но быстро совладав с собой, обняла его в ответ, мечтательно закрыв глаза.

— Ну всё, хватит устраивать из этого такую трагедию, — раздражительно заговорил Арбет, — это просто мера предосторожности, не более.

Мелисса с трудом нашла в себе силы, чтобы легонько оттолкнуть Луиджи, уперев руки ему в грудь.

— Береги её Ди, — Луиджи крепко пожал руку Диармайду и громко похлопал его по плечу, — пожалуйста.

— Не волнуйся Лу, я не дам её в обиду.

— Эй! — рассердилась Мелисса, — я вообще-то здесь. Хватит говорить так, как будто меня тут нет! Я и сама могу о себе позаботиться — сердито ткнула она указующим перстом в Луиджи.

— Может и так, но волноваться о тебе меньше от этого я не перестану. Ты можешь меня в этом винить? — развёл руки в стороны Луиджи.

— Нет… — Мелисса подбежала и поцеловала его, обхватив руками голову любимого.

— Хватит уже тянуть время! — закатил глаза Арбет, — вы так прощаетесь, словно не собираетесь возвращаться, — недоверчиво сощурился он.

— Не беспокойся, у меня ещё остались незаконченные дела в Египте, — Диармайд взял сумки и вошёл в Сутех, вслед за ним на борт поднялась Мелисса. Беловолосая красавица обернулась, на прощание взглянув на любимого, застывшего у трапа с грустным лицом. Волосы у тех, кто стоял рядом с аппаратом, развивались в такт импульсов, отходящих от Сутеха.

Вибрация ускорилась. Пилот, не проронив ни слова, закрыл дверь готовясь к полёту. Внутри, как только закрыли дверь — вибрация прекратилась. Летательный аппарат казался футуристическим, словно инопланетный корабль, сошедший с написанных талантливым фантастом страниц.

Лысый египтянин, с подведёнными чёрной тушью глазами и вымазанными белой краской губами, с татуировкой Техути на затылке, положил руку на приборную золотую пластину. Над ней загорелись голографические фигуры и графики. Он поставил руку на сферу-голограмму и легонько сжал её, Сутех взлетел. Кресло, похожее на разрезанную наискосок яичную скорлупу ожило и сковало Диармайда ремнями безопасности.

Город за окном стал отдаляться. Громадные поместья уменьшались, превращаясь из величественных построек в искусно сделанные детские игрушки. Полноводный Нил на горизонте показал своё величие, сливаясь с синим небом на горизонте. Их аппарат взлетел на достаточную высоту, на которой парило множество скатов и редкие Сутехи и стал набирать ускорение. С такой высоты только башни дворца и обелиски храма казались настоящими. Движение вокруг было хаотичным, тут не было ни дорог, ни знаков, полная свобода полёта. Единственным исключением было воздушное пространство над дворцом и храмом, над которыми полёты были запрещены.