Диармайд подошёл к чудом уцелевшему графину с апельсиновым соком, принюхался, проверяя есть ли в нём алкоголь, и выпил стакан. Присутствующие смотрели за каждым его движением, в мёртвой тишине как громогласный рёв звучали скрипы и треск, казалось, что после битвы здание обрело жизнь.

— Нико? — Диармайд оживился, увидев, как наставник появился из ниоткуда. Скорость мага молний действительно впечатляет…

— Нашёл, — поднял тетрадку с пожелтевшими страницами маг, — это она…

— Замечательно… тогда я приступаю к делу. У нас осталось не так много времени, как хотелось бы. Останови меня, если Ричард позвонит… я могу увлечься…

Диармайд приступил к своему скверному хобби. Он превращал человеческие тела в составляющие, разложенные в определённом порядке, словно разобранные части механизма, аккуратно расставленные на столе перед сборкой. Он действовал методично и профессионально, не взирая на то, была его жертва жива или нет. Уцелевшие от огня стены покрыла повторяющаяся надпись: draoidheachd os cionn a h-uile càil.

Когда он закончил, комната превратилась в осквернённую залу, вырванную из глубин ада. Любому вменяемому человеку в ней не было места…

Диармайд направился к Николь, крепко прижимающей к себе дрожащую сестру. Она смотрела на Диармайда со страхом, он видел в её глазах застывший вопрос, на который он не сможет дать ответ.

— Вот, кто я такой, — наконец заговорил парень, когда тишина становилась слишком тяжёлой и девушки уже не могли выдержать её вес, — если ты пойдёшь со мной — должна понимать: я не притронусь к тебе, если ты сама этого не захочешь, ты будешь вольна делать всё, что пожелаешь, пока это не идёт в упрёк моим планам. Указ главы чёрного рассвета — неоспорим, конфликты с другими членами нашей… группы, решаются броском монеты.

— У меня только один вопрос… — после долгой паузы заговорила Николь, — зачем ты всё это делаешь? Какова твоя цель?

— Я хочу, чтобы все, кто превратил мою жизнь в ад заплатили за это. Я хочу создать организацию, членам которой никто в мире не сможет указывать, что делать. Я хочу создать силу, с которой никто в мире не сможет справиться и оставить настолько жирную точку в истории, что моё имя пробудет на страницах тетрадок не одну сотню лет. Лишь об одном я тебя предупреждаю — предательство я не прощу никогда.

— И это твоё самое главное, «страшное» предупреждение? — прыснув спросила девушка.

— Это самое важное. В мире нет ничего хуже предательства тем, кому ты доверяешь… и наказание за это — смерть. Чудовищная, полная боли и отчаяния смерть.

— Решать только тебе, — Диармайд протянул руку девушке, словно змей, предлагающий ей съесть яблоко. Николь отстранила сестру, как котёнок вцепившуюся в её платье и схватилась за руку Диармайда. Она словно не видела крови, стекающей по его пальцам.