* * *

В приемной посла царила тревожная тишина. Новость, которую Стрелец сообщил Ледникову, была почти правдивой. В последний момент стороны действительно не нашли консенсуса по вопросу распространения Соглашения о развитии экономического, промышленного и технического сотрудничества на Западный Берлин.

Кремль требовал строгого соблюдения Четырехстороннего договора от третьего сентября семьдесят первого года, согласно которому город не являлся частью ФРГ и не подчинялся ей. При этом Бонн уже получил право представлять Западный Берлин в некоторых международных организациях и оказывать консульские услуги для населения города. Это был максимум, который могла позволить себе Москва.

Вопросы статуса и безопасности оставались прерогативой союзников. Договор определял такую важную часть, как режим воздушных и наземных транспортных коридоров в Западный Берлин, а также правила пребывания жителей города в ГДР. Его главная ценность заключалась в том, что он позволил ослабить напряженность, возникшую после строительства стены, и минимизировал угрозу блокады со стороны Восточной Германии.

Тем не менее некоторые германские политики всеми силами упирались, настаивая на радикальном изменении положения Западного Берлина. В Москве на это пойти не могли ни при каких обстоятельствах.

Если ситуация зайдет в штопор, противники новой восточной политики в Политбюро — с самого начала предупреждавшие, что иметь дело с идеологическим врагом неблагодарно и опасно, — будут праздновать победу. А там и до переворота в верхах рукой подать.

Перед послом Истоминым стояла трудная задача — за короткое время убедить немецкую сторону отказаться от педалирования этой темы. Но не дав немцам ничего, они провалят и визит, и разрядку, и будущее Европы. Истомин нажал на кнопку коммутатора:

— Серафима Павловна, я буду ждать Константина Ивановича в «аквариуме» через сорок минут. И попрошу вас в ближайшее время меня ни с кем не соединять.

* * *

Защищенная от прослушки секретная комната в советском посольстве представляла собой куб без окон, спрятанный внутри здания. Ее стены были отделаны специальными материалами, поглощавшими любой звук. В случае необходимости провести секретное совещание, сотрудники посольства собирались именно здесь — в «аквариуме». Подобные хитрости не были исключительным изобретением советских спецслужб. Они существовали в дипмиссиях любой страны, претендовавшей на значительную роль в мировой политике. Под знаменами холодной войны шпионаж цвел буйным цветом: все прослушивали всех, все следили за всеми. А знаменитый анекдот про чай и товарища майора из розетки стал реальностью.