Истомин не любил это безликое помещение. В нем ему как будто не хватало воздуха, даже голоса звучали иначе, а все происходящее из-за шпионского антуража казалось ненастоящим. Тем не менее это была реальность профессии.

Получив приглашение на чрезвычайную встречу с Алексеем Федоровичем, Стрелец ничуть не удивился. Он знал, что визит Генсека находился на грани срыва. Что последует за этим, если история заложит крутой вираж и пойдет по альтернативному сценарию, он мог только предполагать. И вероятные линии развития ему не нравились.

Стрелец зашел в специальную переговорную и плотно прикрыл дверь. В «аквариуме» установилась абсолютная тишина. У мужчин возникло ощущение вакуума: язык почему-то не хотел слушаться, а в горле пересохло. Он понимал, что это классическое проявление психосоматической реакции, но ничего не мог с собой поделать. Подойдя к столику у стены, Стрелец перевернул два хрустальных стакана и налил воды.

— Благодарю вас, — сказал Истомин слегка охрипшим от сухости голосом. — Вот ведь ничего особенного, комната как комната, а ощущаю себя Жак-Ивом Кусто на дне Марианской впадины.

— Вам бы книги писать! — ответил советник. — Хотя я чувствую себя точно так же. Уж лучше в грозу накручивать круги вдоль набережной.

Истомин рассмеялся.

— Все-таки человеку необходимо открытое пространство: земля, небо, горизонт, многообразие красок и какофония звуков, — выразил общее мнение посол. — А тут какая-то сенсорная депривация получается.

— Получается, что прятать секреты — вредно для здоровья, — поддержал его Стрелец.

— Константин Иванович, я вас пригласил сюда не без причины.

— Неужели наши новые партнеры окончательно уперлись?

— Уперлись. К сожалению. Нужно искать компромисс, — разочарованно вздохнул Истомин. — Нужно искать компромисс.

— Ожидаемо…

— И тем не менее! А ведь так хорошо все шло…

— Чтобы и волки были сыты, и овцы остались целы, — Стрелец почему-то вспомнил эту старую русскую пословицу. Прозвучало двусмысленно.

— Верно, — посол, если и заметил оплошность советника, то не подал виду.

«Значит, все действительно очень серьезно,» — подумал советник.

— Алексей Федорович, а может, ну их на фиг, этих немцев. Останутся без нашего газа, через пять лет будут сельхозпродукцией торговать, а не машинами и технологиями! — Стрелец кинул пробный шар.

— Боюсь, через пять лет, мы сами окажемся у разбитого корыта, если провалим подписание, — открыл секрет Истомин.

— Все настолько печально?

— Более чем. Мы уже не в состоянии обеспечить население чулками, кастрюлями и котлетами, а к концу десятилетия при таком векторе развития оставим армию без ракет и снарядов.