В этот момент глобальные последствия подобного дефолта мало интересовали Юрия Антоновича. Он почувствовал себя отмщенным, что ли. Появился шанс вернуть свое влияние и укрепить позиции: не исключено, что после отзыва Истомина именно Ледникову предложат кресло главы дипмиссии. Для этого, правда, придется постараться, но это приятные хлопоты.

Юрий Антонович мечтательно улыбнулся. Вспомнив о жене, он вновь потянулся к телефонному аппарату.

— Марфа, — Ледников не стал углубляться в детали, — хватит там ныть и жалеть себя.

— Никого я не жалею, — огрызнулась она.

— Собирайся, в полвосьмого я жду тебя в «Em Höttche».

— Где ты меня ждешь? — Марфа Григорьевна растерялась от неожиданности.

— В ресторане на Ратушной площади, — Ледников испытывал почти физическое удовлетворение от своего сюрприза.

— Ладно, Юра, брось свои шутки! Нам сейчас не до ресторанов… к сожалению, — отрезала она.

— Марфуша, дорогая, сходим, хаксы поедим напоследок, — Ледников продолжал троллить жену.

— Юра, ты же знаешь, — Марфа Григорьевна не уловила иронии в словах супруга, — я не ем свинину и тебе не советую. Не с нашими диагнозами!

— Так и думал, что купишься! — засмеялся он. — Не хочешь хаксы, возьмем судака и бутылочку «Мозельского».

— Тебе что?.. — встрепенулась она. — Предложили место посла?

— Как тебе сказать… — ответил Ледников, специально нагнетая обстановку для тех, кто прослушивал его телефон. Все-таки хоть его Марфа и не хватала звезд с неба, но иногда бывала крайне полезной.

— Пойду собираться, — задумчиво ответила она.

— Бигуди только не забудь снять, — не удержался от колкости Ледников.

— Как скажешь, — супруга сделала вид, что не заметила шпильки.

Мысли в голове Марфы Григорьевны крутились с невероятной скоростью. Она судорожно складывала пазл, который невозможно было собрать, не имея на руках всей полноты информации. Женщину мучил вопрос: что такое могло произойти за эти пару часов, если ее Юрочка уже празднует победу и даже позвал ее на ужин в ресторан. В семье Ледниковых такие походы не практиковали без особой необходимости. Марфа Григорьевна была женщиной прижимистой и берегла каждый пфенниг, а Юрий Антонович, несмотря на достигнутые высоты, в быту оставался человеком неприхотливым, скромным и даже аскетичным. Куда больше простых человеческих радостей его волновали вопросы карьеры и влияния. За это он мог и полцарства отдать, если бы оно у него было, и живот положить.

Марфа зашла в спальню и открыла массивный шкаф. На полках царил идеальный порядок, на «плечиках» висели костюмы Юрия Антоновича, его белоснежные рубашки и строгие галстуки. В самом углу, занимая лишь четверть пространства, расположились ее наряды: дурацкий костюм, в котором она потерпела позорное фиаско на женсовете, яркое кримпленовое платье с коротким рукавом, черное платье-футляр, которое она регулярно надевала на приемы, коричневая юбка-трапеция, две бежевые блузки и кофта на пуговицах. «Не густо!» — впервые в жизни Ледникова озаботилась своим гардеробом.