Она посмотрела в окно. Костюм лучше всего соответствовал погоде, но, едва дотронувшись до него, Марфа Григорьевна снова испытала жгучее чувство унижения, охватившее ее на трибуне женсовета. Она недовольно закрыла шкаф. Подойдя к трюмо и усевшись на мягкий пуфик, женщина начала медленно раскручивать бигуди. Блеклые светлые волосы, несмотря на долгие часы, отданные завивке, не хотели держать форму и безжизненно падали на шею. Она провела по жидким прядям массажной щеткой. «В Союзе такие еще только появлялись и были страшным дефицитом, а у нее — целый набор», — без радости подумала жена советника-посланника. Прическа не получалась. Из верхнего ящика трюмо она вытащила тонкую расческу с длинной, похожей на шило ручкой, и стала делать себе привычный начес.

Звонок мужа вселил робкий оптимизм и подарил хоть маленькую, но надежду. Однако Марфа Григорьевна почему-то не испытывала радости. Где-то в глубине души скребли кошки. Заливая прическу лаком, она подумала: все, что произошло на заседании женсовета, — это лишь цветочки, а главные потрясения еще впереди. Марфа Григорьевна натянула черное платье, накинула плащ, обула унылые туфли с квадратным мысом и отправилась на встречу с супругом.

В выбранном им ресторане царило оживление, любители аутентичной немецкой кухни из местных и приезжих во всю наслаждались боннским пивом и традиционным мясным меню. Юрий Антонович выбрал столик в глубине зала, стараясь не бросаться в глаза. Марфа Григорьевна обрадовалась такому решению. Ей хотелось тишины и спокойствия, она не хотела, чтобы ее оценивали, особенно сейчас, когда нечем было ответить.

— Ну что, Марфуша, — супруг наполнил вином ее бокал, — вот и на нашей улице наступил праздник!

— Юра, какой праздник⁈ Ну что ты несешь, впору чемоданы паковать, — произнесла она без энтузиазма.

— Рано ты нас хоронишь! Рано! — он посмотрел на нее торжествующим взглядом.

— Не думаю…

— Так ты хочешь узнать, по какому поводу банкет? — он жестом указал на их столик.

— Говори уже. Я так вымоталась, что нет никаких сил на эмоции, — Ледникова посмотрела мужу в глаза.

— Марфа, — он понизил голос до шепота и огляделся по сторонам, — Марфа, им конец!

— Кому?

— Какая ты непонятливая! Истомину вместе с его Басовым.

— С какого перепугу? — она отнеслась к его словам скептически.

— Ленька отменил визит! — после театральной паузы прошептал муж.

— Что⁈ — она подпрыгнула от неожиданности, столовые приборы зазвенели, бокал опрокинулся прямо на Ледникова, упал на пол и разлетелся на мелкие осколки.

Марфа Григорьевна схватила салфетку и принялась вытирать брызги вина с пиджака мужа. Услужливый официант добавил суеты. «Хорошо, что вино было белым,» — с некоторым облегчением подумала Марфа Григорьевна.